Усиление репрессивных практик в условиях затяжной войны и экономического давления привело к беспрецедентной волне арестов среди представителей региональной власти в России.
По данным исследователей центра CEDAR, приведенным изданием The Insider, с начала 2023-го до середины 2026 года под уголовное преследование попали каждый десятый мэр, 9% представителей региональной управленческой верхушки и около 8% управленцев министерского уровня. Общий риск ареста для чиновников высшего звена увеличился в пять раз, достигнув 2%, а объем конфискованного имущества вырос с 90 млрд рублей в 2022-м до 1,6 трлн в 2025-м. Официально эти процессы преподносятся как борьба с коррупцией, однако на деле они сигнализируют о жестком переделе сокращающихся ресурсов и сфер влияния.
Неопатримониальная система и сжатие ресурсов
Эксперты описывают сложившуюся модель управления как двухуровневую неопатримониальную систему, где должность — лишь формальная оболочка, а реальные решения и ресурсы циркулируют внутри патрон-клиентских сетей. Губернатор обеспечивает лояльность федеральному центру («патрону») в обмен на «кормление» в регионе, распределяя потоки между своими клиентами-подчиненными. Защита в этой схеме зависит не от формального статуса, а от силы вышестоящего патрона:
- В условиях финансового изобилия ресурсов хватало на все конкурирующие группы.
- Сжатие экономики (дефицит бюджета за 7 месяцев 2026 года превысил годовой план в 1,7 раза) обострило конфликты за оставшиеся потоки.
- Губернаторы со слабеющей федеральной «крышей» больше не могут защитить своих подчиненных от вмешательства силовых структур, которые выступают в роли главных операторов передела.
Кейсы передела: Кубань, Белгород и Чувашия
Показательным примером стала ситуация в Краснодарском крае, где глава региона Вениамин Кондратьев лишился сильной аппаратной поддержки в Москве. Сохраняя пост лояльного губернатора-«оболочки», он потерял команду: с мая 2024 года задержаны 7 вице-губернаторов (у одного из них изъяли активов на 8 млрд рублей, земли и миллионы в валюте), экс-мэр Сочи (осужден на 15 лет) и ряд министров. Освободившиеся хлебные места в стройкомплексе и сельском хозяйстве сразу занимают ставленники других федеральных ведомств, например, выходцы из Ростехнадзора.
Схожий, но доведенный до финала сценарий реализован в Белгородской области. Несмотря на поддержку Сергея Кириенко, губернатор Вячеслав Гладков лишился команды, осужденной за хищения на границе, и был вынужден уйти в отставку. Ему на смену пришел фронтовой генерал, а ключевые посты в правительстве заняли выходцы из оккупационных администраций, силовики и столичные менеджеры. В то же время в депрессивной Чувашии, где нет крупных ресурсов для перехвата, аресты идут ради отчетности силовиков: глава республики сдает подчиненных, но пустые кресла заполняет собственными кадрами, поскольку федеральные группы не претендуют на этот регион.
Попытки чиновников избежать преследования через участие в войне или показательную лояльность уже не работают: уйти на фронт не дают (аресты происходят в день отправки), а лояльность рассматривается как базовое условие, а не гарантия неприкосновенности. Итоговыми выгодоприобретателями становятся ФСБ (ведущая 90% дел), федеральные финансовые кланы и центр, перехватывающий контроль над региональными «кормушками» без публичных политических кризисов.




Добавить комментарий
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.