Служба государственной безопасности (СГБ) Грузии провела резонансную операцию по задержанию чиновника, занимавшего руководящую должность в одном из ключевых ведомств страны.
Издание «Кавказский узел» сообщает, что под стражу взят Георгий Удзилаури, который до последнего времени возглавлял управление по связям с общественностью следственной службы Министерства финансов. По версии следствия, задержанный использовал свое текущее положение и личные связи для сбора и передачи конфиденциальных данных представителям иностранных спецслужб.
Детали разведывательной деятельности
Первый заместитель руководителя СГБ Лаша Маградзе уточнил, что чиновник действовал «против интересов страны», передавая сведения иностранным кураторам. Встречи с агентами планировались с соблюдением строгих мер конспирации, а коммуникация осуществлялась через «использование зашифрованной двусторонней связи».
Согласно данным следствия, переданная секретная информация касалась следующих тем:
Текущие политико-экономические процессы в Грузии;
Положение дел внутри силовых ведомств и структур безопасности;
Информация о положении этнических и религиозных меньшинств;
Проекты по созданию медиаплатформ для получения разведывательных данных в региональном масштабе.
Прошлое задержанного и возможные сроки
Личность Георгия Удзилаури привлекла особое внимание СМИ из-за его тесных связей с высшими эшелонами власти в прошлом. До перехода в Минфин он руководил отделом по связям с общественностью в группе компаний Cartu Group, принадлежащей основателю правящей партии Бидзине Иванишвили. Телекомпания Rustavi2, ссылаясь на собственные источники, проинформировала, что задержанный мог сотрудничать с разведкой одного из европейских государств.
В настоящее время Удзилаури грозит длительное тюремное заключение. Маградзе отметил: «Расследование по делу ведется по части первой статьи 314-й Уголовного кодекса Грузии, что предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от восьми до 12 лет». Это уже не первый случай задержания по подобным обвинениям в текущем году — ранее контрразведка уже сообщала о поимке другого гражданина Грузии за аналогичное преступление.
Проект «национального мессенджера» Max, продвигаемый как универсальный цифровой сервис, столкнулся с массовым сопротивлением пользователей. Несмотря на государственную поддержку, рекламу и административное давление, мессенджер так и не стал привычным инструментом общения.
Во второй половине 2025 года Max превратился в один из ключевых цифровых проектов государства. В июне Владимир Путин подписал закон о создании «национального мессенджера». Уже к декабрю разработчики отчитались о 75 млн зарегистрированных пользователей. Однако источники внутри Кремля признают: за красивыми цифрами скрывается отсутствие реального использования.
Цифры растут, доверие — нет
По словам собеседника «Вёрстки» во внутриполитическом блоке Кремля, внедрение Max «оценивается начальством как провальное». Он отмечает, что сделать мессенджер основным средством коммуникации не удалось даже среди госслужащих и бюджетников. «Цифрами мы отчитываться и сами умеем», — говорит источник, подчёркивая разрыв между отчётами и реальностью.
Другие источники, близкие к администрации президента, указывают, что Max не стал средой для неформального общения. Там не появляются живые домовые чаты, не приживаются Telegram-каналы, а политическая и аналитическая работа практически невозможна. Один из собеседников резюмирует: Max воспринимается как формализованный инструмент, а не как мессенджер для жизни и досуга.
Вечная бета и технические ограничения
Бета-версию Max в марте 2025 года запустила дочерняя структура VK. Несмотря на громкие заявления об «официальном запуске», приложение до сих пор находится в статусе беты. Часть функций отсутствует, а многие элементы интерфейса неактивны, поскольку код для них ещё не написан.
Разработчики, работающие с модификациями Max, рассказывают, что сервис «не готов к полноценному релизу». При этом приложение активно собирает данные пользователей: фиксирует клики, действия, источники установки, персональные параметры и идентификаторы. В меню разработчика присутствует пункт, связанный с логированием чувствительной информации, но его назначение пока не раскрыто.
Каналы есть, аудитории почти нет
Согласно опросу Russian Field, 68% россиян вообще не пользуются Max. Из тех, кто зарегистрировался, лишь 4% читают каналы. Для сравнения, в Telegram хотя бы один канал читают 73% пользователей. Основные сценарии использования Max сводятся к звонкам родственникам и редкой переписке.
Создание каналов в Max ограничено. Их могут заводить только блогеры с крупной аудиторией и специальной отметкой Роскомнадзора. В результате в мессенджере доминируют официальные источники и провластные авторы. Популярных каналов немного, а число реально вовлечённых подписчиков остаётся низким.
Принуждение вместо интереса
Чиновников и губернаторов обязали заводить каналы в Max. За этим следит АНО «Диалог регионы», формируя рейтинги по числу подписчиков. Формально требования выполняются, но фактическая вовлечённость минимальна. Многие региональные руководители просто дублируют посты из Telegram или «ВКонтакте».
В образовательной сфере давление ещё заметнее. Учителей и воспитателей вынуждают устанавливать Max и общаться через него с родителями и учениками. Внутренние инструкции требуют ежедневной активности ради статистики. Педагоги рассказывают о напоминаниях, угрозах санкций и сокращении стимулирующих выплат.
Школы, саботаж и формальные отчёты
Несмотря на заявления Минцифры о добровольности, региональные «дорожные карты» требуют перевести до 100% учебной коммуникации в Max. Реальные цифры показывают обратное. В ряде регионов школы формально зарегистрированы в системе, но ученики и даже директора там отсутствуют.
Часть педагогов сознательно саботирует переход. Одни отказываются устанавливать приложение без официального приказа. Другие используют Max только на рабочем компьютере и исключительно в рабочее время. Школьники идут ещё дальше, устанавливая поддельные приложения, имитирующие наличие Max.
Домовые чаты и пустые окна
С декабря 2025 года управляющие компании обязали общаться с жильцами через Max. Домовые чаты создаются централизованно, часто без участия самих жителей. В результате в них состоит по 10–15 человек, половина из которых — представители управляющих компаний.
Опросы показывают, что большинство жителей либо не знают о таких чатах, либо продолжают пользоваться WhatsApp и Telegram. Даже представители ЖКХ признают, что не понимают, как будет контролироваться активность и зачем вообще внедряется новая система.
Будущее без энтузиазма
На 2026 год у Max запланированы масштабные интеграции: платежи, транспорт, образование, медицина, цифровые удостоверения. Однако успех этих планов напрямую зависит от административных решений и возможной блокировки альтернативных платформ.
При этом сами чиновники не спешат отказываться от Telegram. Один из источников «Вёрстки» прямо говорит: «Telegram оставляем, но продолжаем его пугать». Национальный мессенджер задумывался как универсальная платформа, но на практике стал символом принуждения, формальности и недоверия.
Эксперимент продолжается, но пока Max так и не стал пространством живого общения.
