За первую неделю частичной мобилизации, с 21 по 27 сентября, в Казахстан прибыло 98 тысяч россиян. Такие данные опубликовало МВД республики. Для понимания: за весь прошлый год эта цифра составила 32 тысячи человек.
На массовую иммиграцию, конечно же, обратили внимание и простые казахстанцы, и власти страны. Что ждет российских граждан в Казахстане и как их тут встречают — в путевых заметках корреспондентов «Новой газеты».
«Ребята, вы из России?» — останавливает нашу компанию полный мужчина в черной футболке, черных штанах и кепке. Вопрос не из простых, ведь нас трое: двое россиян и один гражданин Казахстана. Но если округлить — да, получится, из России. «Вас сразу заметно», — усмехается мужчина, который и сам-то русский.
— По чему заметно? — уточняю я.
— Да не одеваются так у нас (смотрю на свои синие джинсы и черную футболку и не понимаю, в чем дело). И татуировок не делают. Ну видно сразу, что из России приехали, не знаю, как объяснить.
Денис (назовем его так) говорит, что прожил в Казахстане всю жизнь, но год назад получил гражданство РФ: думал перебираться из родного Костаная в Тюменскую область, куда ездит на вахту. Теперь сомневается, стоит ли возвращаться на работу.
— Мобилизовать могут, но я в казахстанской армии служил и присягу Казахстану давал, а не России, — замечает он. — Поэтому пока тут останусь: посмотрю, как в Украине все повернется.
Он говорит, что «стопроцентно» понимает наше решение посетить Казахстан, и желает удачи: «Костанай — отличный город: немаленький, но тихий. Тут и работу найти сможете». И хотя в Костанае мы оставаться не собираемся, Денис не обманывает: буквально на следующий день после приезда со мной связывается главный редактор местного издания и спрашивает, не ищу ли я работу. А затем на улице немолодой уже казах — также уточнив, из России ли мы, — говорит: «Слушайте, мне сварщики нужны, каменщики, электрики, вы кем работаете?» Услышав, что журналистами, только вздыхает: «Жаль».
- Электрикам в Костанае предлагают зарплату от 200 до 300 тысяч тенге (от 26 до 40 тысяч рублей) в месяц;
- Сварщикам — до 350 тысяч тенге (46 тысяч рублей);
- Продавцам — до 200 тысяч тенге (27 тысяч рублей);
- Врачам — от 200 тысяч тенге до полутора миллиона тенге [27–205 тысяч рублей] (в зависимости от специальности, уровня подготовки и опыта работы).
В Астане, столице и втором по размерам городе страны, зарплаты уже примерно в два раза выше, в крупнейшем мегаполисе Казахстана Алматы — немного ниже, чем в Астане. Привычным доходам россиян казахстанские уступают. Но уступают и цены.
- Буханка белого хлеба — 90 тенге (12 рублей);
- Помидоры, кг — 360 тенге (48 рублей);
- Картошка, кг — 140 тенге (19 рублей);
- Макароны, кг — 385 тенге (52 рубля);
- Говядина, кг — 2500 тенге (338 рублей);
- Молоко, литр — 400 тенге (54 рубля);
- Яйца, 10 шт — 500 тенге (67 рублей).
Исключение составляют разве что квартиры: жилье на фоне массового наплыва россиян подорожало в полтора-два раза, и теперь даже однушку в Костанае трудно снять дешевле, чем за 150 000 тенге (20 000 рублей). Местные жители по этому вопросу разделились на два лагеря: пока одни наращивают свою прибыль, другие возмущаются: «Наживаются на беде. Если бы тут праздник проходил и люди на него ехали — пожалуйста [повышайте стоимость]. Но люди же бегут от ***», — подобные рассуждения нам приходилось слышать не один раз.
Впрочем, бросается в глаза и другое — желание помочь…
Сотни, если не тысячи россиян сейчас живут в пунктах временного пребывания, развернутых волонтерами и просто неравнодушными жителями Казахстана. 25 сентября по СМИ разошлось заявление директора кинотеатра CinemaPark в Уральске Дилары Мухамбетовой. «Мы видим на улицах города много приезжих из Российской Федерации, которые ищут ночлег. Приходите к нам, мы все понимаем», — сказала она. В тот же день кинотеатр принял у себя 200 человек, в том числе и семьи с детьми. Аналогичные пункты временного размещения есть практически в каждом городе Северного Казахстана.
В Костанае один из предпринимателей переоборудовал свой офис, организовав 28 бесплатных спальных мест. В некоторых кафе россиян бесплатно кормят.
— Вы из России? — спрашивают меня в пиццерии. — Тогда садитесь за вот тот стол, там выпечка, печенье, вафли, чай — все просто так можете есть.
— Это не шутка? — спрашиваю я.
— Конечно, не шутка! Вы что думаете, мы, казахи, бессердечные? Мы же понимаем, что у многих из вас и денег нет…
Удивительное на первый взгляд дело: почти никто из помогающих россиянам костанайцев не хочет давать интервью. Но объяснимое: предприниматель, переоборудовавший офис, говорит, что к нему приходила прокуратура — проверяла, все ли законно, и в безопасных ли условиях живут люди.
О подобных проверках сообщают и другие горожане. Более того, не все хотят затрагивать тему своего отношения к вооруженному конфликту в Украине: чаще всего, его не поддерживают, но в России у многих родственники.
Больше всего россиян в Костанае принимает протестантская церковь, расположенная на улице Победы, 70. Все залы здесь уставлены самодельными кроватями, устелены матрасами. Среди них играют дети. Взрослые днем занимают очереди в ЦОНы (Центры обслуживания населения — аналоги российских МФЦ): пытаются получить документы, позволяющие устроиться на работу, открыть банковский счет. В очередях этих можно провести полсуток.
Настоятель церкви, пастор Анатолий, говорить соглашается с опаской.
— Что меня напрягает: сегодня ночью люди спали на лавочках, на полу — везде. Приходят полицейские в три часа ночи: «Поднимите их всех, мы будем их переписывать!» Люди уставшие, кто-то двое суток не спал, а мы их поднимаем: «Фамилия, имя, отчество». А это же церковное здание, сюда полицейские не имеют права заходить. Мне они тут не нужны.
Первых беженцев церковь приняла уже вечером 21 сентября.
— Увидели компанию из десяти человек, которые шли по городу и не знали, где спать. Сказали им, что можно прийти. Принимаем мы всех: верующих, не верующих — это неважно, сегодня у нас в столовой мусульмане молились, — говорит священнослужитель. — У меня дома 40 человек спят. Самому пришлось к соседу идти. Хотел в бане лечь, захожу: на скамейках, на полу люди. Пошел в пристрой — там тоже.
Анатолий говорит, что специально объявлений о помощи россиянам ни в СМИ, ни в соцсетях не давал, но кто-то узнал, что в церкви помогают, и теперь к нему беспрерывно идут нуждающиеся.
— Только и успеваем закупать матрасы, — усмехается он. — Но что делать: если в дверь стучатся и просят пустить переночевать, неужели кто-то откажет?
Конечно, много идиотов: два квартала провез на такси — 1000 рублей, регистрацию сделать — 300 тысяч. Найти бы всех этих людей и… — Он машет рукой…
Кирилл пришел в церковь полсуток назад. Говорит, что «в городе люди советовали подходить на этот адрес». Успел позавтракать супом и гречкой, сейчас ждет, когда для него найдется спальное место.
— Разумеется, это инстинкт самосохранения — уехать. Ни умирать, ни убивать я не хочу. Тем более что изначально к происходящему отношусь плохо, — говорит он. — В Казахстане, я вижу, нас встречают гостеприимно. Только один человек мне сказал, что вечером нужно ходить аккуратно: якобы могут быть какие-то банды. Не знаю, о чем он.
Никаких банд или сообщений о нападениях на россиян нам за три дня пребывания в Костанае не попадалось. В целом город — обычный областной центр: тихий, ухоженный, рано засыпающий. Из тех, где «ничего не происходит».
Казахстан принимает россиян добродушно, хотя и с тревогой. Тревогу эту вызывает ожидание реакции России.
В МВД республики заявили, что Казахстан не будет выдавать российских граждан, если они не находятся в международном розыске, добавив, что «если военкоматы будут искать, это не является правовым основанием для их выдачи».
27 сентября президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев высказался о притоке россиян в Казахстан: «Казахская поговорка гласит: «Добрые отношения с соседями — залог спокойствия». Самое главное, чтобы мы сохраняли согласие с соседними странами. Мы от этого ничего не потеряем.
В последние дни к нам приезжает много людей из России. Большинство из них вынуждены уезжать из-за сложившейся безвыходной ситуации. Мы должны проявить заботу о них и обеспечить им безопасность. Это политический и гуманитарный вопрос. <…> Приезжим из-за рубежа будет оказываться помощь, но они не получат никаких преференций. Вся работа должна осуществляться в соответствии с законом и нашими обязательствами. <…> Мы проведем переговоры с российской стороной и будем решать эту проблему в интересах нашей страны».
Корреспондент «Новой газеты» обратился за комментариями к казахстанскому журналисту Михаилу Козачкову и политологу Досыму Сатпаеву о миграционной политике Казахстана в последние дни и о том, что ждет прибывших россиян в Казахстане.
«Мне кажется, в Казахстане нет сейчас однозначной позиции у граждан по поводу релокации десятков тысяч россиян, потому что, очевидно, есть и недовольные этим фактом. У этого недовольства существует много факторов, в частности, национальные и бытовые (повышение цен на арендное жилье и различные услуги).
Приехавшие в Казахстан россияне должны понимать, что находятся в гостях. Они попали в беду, их никто не выгоняет. При этом они оказались в чужом государстве и должны уважать его.
Также россияне должны знать, что если они окажутся хорошими специалистами в своих профессиях и смогут принести пользу Казахстану, то, конечно, к ним будет хорошее отношение, потому что казахстанцы, и в частности казахи, сами по себе доброжелательные и гостеприимные люди.
Я не думаю, что Казахстану нужно пытаться интегрировать россиян. Это будет такой процесс: уважаете наше государство и граждан — всё у вас будет хорошо, не уважаете — будут проблемы. Россиянам просто нужно принять правила, существующие в Казахстане, и все у них здесь будет нормально.
У меня есть большие сомнения, что Казахстан будет выдавать России избегающих мобилизации молодых людей, кроме тех, кто объявлен в международный розыск. Если будут запросы такого рода, то да, Казахстан будет выдавать разыскиваемых людей. Что касается людей, уехавших из России, чтобы избежать мобилизации, я думаю, что никто их здесь не будет отлавливать. <…> [происходящее] в Украине казахстанцы воспринимают крайне негативно.
Более того, благодаря этой ситуации Казахстан послал очень четкий сигнал Кремлю о том, что мы действительно независимое государство, которое принимает решения и делает то, что считает нужным. Как мне кажется, еще 3–4 года назад власти скорее всего просто закрыли бы границы в такой ситуации. Раньше, как только на территории соседних стран случались кризисы, мы делали так и не пускали сюда граждан этих стран. А в этот раз ситуация поменялась — и десятки тысяч людей спокойно въехали в Казахстан. При этом я более чем уверен, что Москве это очень не нравится. Этот шаг показал, что Казахстан волен принимать те решения, которые кажутся ему правильными».
«В первые дни с начала массового пересечения российско-казахстанской границы россиянами несколько дней был в стране информационный вакуум по поводу этого кризиса. Возникало ощущение, словно наши госструктуры впали в некий ступор: не знали, что предпринимать, не знали, что говорить. Не знали, что делать. Это, к сожалению, характерно для нашей государственной системы. Когда у нас наступает кризис, чиновники «ловят тишину», боятся высказаться, взять на себя ответственность. В это же время появляются слухи, паника, много страхов и рисков, много дезинформации.
При этом за всю историю Казахстана ничего подобного не было, чтобы за несколько дней почти 100 тысяч человек пересекло нашу границу. Да, многие уже покинули территорию Казахстана, как говорят, официально. Но все равно сейчас в стране остается до 40 тысяч человек, что тоже немало. А если еще прибавить к этому числу те 20 тысяч россиян, которые прибыли еще в марте месяце, — выйдет примерно 60–70 тысяч человек, которые проживают в Казахстане. Это тоже немало для страны с 19-миллионным населением.
И многих казахстанцев сейчас волнует вопрос: а готовы ли приехавшие люди быть лояльными Казахстану, чтобы здесь получить вид на жительство или гражданство?
В этой ситуации для нашей миграционной политики никакой велосипед изобретать не нужно. Дело в том, что существуют мировые практики касательно того, как работать с гражданами стран, которые оказались на территории определенных стран по тем или иным причинам. И Казахстан может их перенять.
Например, США недавно сделали заявление, что они в принципе готовы принимать у себя тех россиян, которые хотят избежать мобилизации, но каждая заявка, как было подчеркнуто, будет рассматриваться властями индивидуально. Такой механизм работает во многих странах мира. Казахстан впервые столкнулся с таким массовым притоком людей, но, мне кажется, у тех россиян, кто хочет остаться в стране, должен быть временный промежуток, в течение которого их заявки на получение документов должны будут тщательно рассматриваться (чтобы избежать рисков, связанных с безопасностью Казахстана). Но возникает другой вопрос: а что тогда делать с теми, кто не подошел? (Вдруг у кандидата обнаружится судимость, он совершал преступления или придерживается сепаратистских настроений.) Однако это уже будет другой вызов. Мне кажется, что такой подход — есть антикризисный менеджмент, который подразумевает внимательную оценку всех рисков.
Но в целом, если тот или иной приехавший россиянин — хороший специалист в своем деле и у него более-менее нормальная чистая биография, то в принципе да, такого человека можно интегрировать в общество.
Но опять же, повторюсь, необходимо, чтобы прошло определенное время. И такой подход и такая практика обусловлены тем, что Казахстан находится в стадии геополитического хаоса, а наш ближайший сосед находится в состоянии <…>. Поэтому Казахстан может позволить себе принимать более жесткие меры в сложившейся ситуации. Это опять же история про безопасность. Потому что Казахстан, по сути, тоже сейчас находится в состоянии информационной и экономической войны.
Наше общество будет приветствовать всех тех людей, кто действительно захочет стать частью нашего общества, искренне не поддерживает Путина и не будет лезть в чужой монастырь со своим уставом, а будет уважать нашу культуру, наш язык, традиции и с уважением относиться к народам, проживающим в Казахстане.
Помощь от наших граждан прибывшим в Казахстан россиянам меня не удивила. У нас в стране довольно сильно развито волонтерство, которое активно включается в кризисное время. Но главное, чтобы здесь не было двойных стандартов. Потому что во время сбора гуманитарной помощи Украине весной этого года часть казахстанского общества активно дискредитировало эту инициативу. Поэтому если человек готов на равных помогать и россиянам, и украинцам, то это хорошо. Я считаю, что если человек помогает, то он не должен делать это точечно, исходя из своих политических воззрений.
