О том, как автомобильные номера приблизили Балканы к новой войне, чем возмущены косовские сербы, как конфликтом пытается воспользоваться Россия и почему Украина не признает независимость Косово – в материале РБК-Украина.
В последние несколько дней европейская дипломатия была занята не только войной в Украине. В Брюсселе беспокоились, как бы на континенте не началась еще одна война – в Косово, где противостояние между местными сербами и албанцами вышло на самый высокий за несколько лет уровень. Причем поводом к конфликту послужили надписи на автомобильных номерах. Но причины, конечно, намного глубже.
Номера раздора
Косово, где более 90% населения – этнические албанцы, отделилось от тогдашней Югославии (в составе которой оставались уже лишь Сербия и Черногория) по итогам войны 1998-99 годов. Решающую роль сыграли бомбардировки авиацией НАТО – операция «Союзная сила», направленная против правящего в Югославии режима Слободана Милошевича.
Тогдашняя российская власть выступила категорически против этой операции, в Москве проходили многодневные акции в поддержку «братской Югославии». Как считается, именно в тот момент в РФ вновь прочно закрепились антизападные и антиамериканские настроения, не столь модные в первой половине 90-х.
В 2008 году Косово провозгласило независимость от Сербии и постепенно получало международное признание. На данный момент независимость республики признана примерно сотней стран, в том числе США и большинством членов ЕС. Сербия, естественно, независимость Косово не признала, как и постоянные члены Совбеза ООН Китай и РФ.
Боевых действий на территории Косово не было с 1999 года, но регион все время оставался источником напряженности, уличные волнения всегда были в порядке вещей. Причина не только в том, что Сербия не признает его независимость. Но и в том, что внутри самого 1,8-миллионного Косово есть свой проблемный регион – Северное Косово, территорией не намного больше Киева, где проживают около 50 тысяч человек. Подавляющее большинство там – сербы, которые сохраняют лояльность Белграду, и не особо воспринимают Приштину как легитимную власть.
При активном участии европейцев на протяжении последнего десятилетия напряжение внутри республики удалось снизить, были сделаны и шаги по урегулированию отношений между Косово и Сербией в целом. Тем не менее, полного контроля над территорией Северного Косово Приштина так и не получила.
Летом этого года косовские власти попытались сделать очередной шаг по введению единых правил на территории всей страны, запретив использовать сербские номера на автомобилях. Косовские сербы, которые ездят на сербских номерах, восприняли это как очередное наступление на свои права и отказались подчиняться. Чисто технический вопрос с самого начала получил исключительно политический характер.
Страсти стали быстро накаляться, при вмешательстве европейцев и особенно американцев дату введения новых правил несколько раз переносили, буквально в последний момент. На очередном витке конфликта косовские сербы, представленные партией «Сербский список», совершили демарш – вышли из органов власти северного Косово, вместе с сербскими судьями и полицейскими.
В итоге, вопрос с автомобильными номерами удалось урегулировать после взаимных уступок. Но немедленно возникла новая проблема. На 18 декабря в Северном Косово были назначены досрочные выборы – ведь местные органы власти оказались не функциональны после того, как сербские депутаты сложили свои мандаты. Главная партия Северного Косово, «Сербский список», отказалась участвовать в выборах и решила сорвать их проведение в принципе. Естественно, при полной поддержке Белграда и лично президента Сербии Александра Вучича.
В регионе начались волнения и нападения на избирательные участки. Одного из протестующих, бывшего сербского полицейского, задержала косовская полиция, обвинив в терроризме, что привело лишь к дальнейшей эскалации. Даже перенос местных выборов на апрель следующего года не снизил напряжение, наоборот: сербы перекрыли дороги грузовиками, атаковали косовских полицейских и даже миротворцев из Евросоюза. Президент Сербии Александар Вучич пообещал обратиться к НАТО за разрешением ввести в Северное Косово сербские войска, 15 декабря поступил соответствующий запрос.
Конфликт из-за местных выборов в крохотном регионе набрал геополитический размах, вмешиваться в ситуацию пришлось первым лицам Евросоюза. Представители ЕС и США провели переговоры с сербским президентом Вучичем и косовским премьером Альбином Курти.
Но главное – европейцы привезли очередной план глобального мирного урегулирования между Сербией и Косово, французско-немецкого авторства. Его содержание публично не представляли, но по информации СМИ, речь может идти о «германской модели», по которой между собой сотрудничали капитилистическая ФРГ и социалистическая ГДР во времена «холодной войны».
В данном случае, план предполагает, что от Сербии не будет требоваться официальное, формальное признание независимости Косово – все стороны понимают, что это в принципе невозможно в обозримой перспективе. В то же время, предполагается нормализация отношений между двумя странами, Белград не должен препятствовать вступлению Косово в ООН.
Взамен, вероятно, предполагается создать Ассоциацию сербских муниципалитетов – орган самоуправления, который объединит Северное Косово и другие регионы Косово, где большинство составляют этнические сербы. Кроме того, обеим странам обещают максимально помогать в их европейской интеграции.
Собственно, вхождение Сербии и Косово в ЕС в Брюсселе, в стратегической перспективе, видят главным инструментом решения многолетних проблем. Это касается и всех Западных Балкан в целом, где есть и другие потенциальные горячие точки, главная – Босния и Герцеговина, в которой основными нарушителями спокойствия также являются местные сербы. Расчет европейских чиновников в том, что нахождение в едином пространстве ЕС смягчит все противоречия между балканскими народами.
14 декабря ЕС достиг предварительной договоренности о безвизовом режиме для косоваров, а на следующий день Косово официально подало заявку на вступление в ЕС. 15 декабря статус страны-кандидата на вступление в Евросоюз получила Босния и Герцеговина. Все это как раз выглядит как реализация евроинтеграционной стратегии решения балканского вопроса. Хотя заявка на вступление в ЕС от Косово в Белграде воспринимается максимально враждебно.
Тем временем, напряженность в Северном Косово сохраняется, но, похоже, стороны все-таки немного отошли от красной линии. Снова обострить ситуацию может вмешательство третьей стороны – конечно же, России.
Второй фронт
В текущем конфликте Москва, естественно, выступила на стороне косовских сербов и Белграда. МИД РФ поддержал идею Вучича ввести в Северное Косово сербские войска, что априори означало бы масштабное кровопролитие. Официальная риторика и пропаганда (в Сербии Russia Today и Sputnik являются главными источниками «фейк ньюз») также продвигает нарративы о «западных хозяевах» косовской власти и «угнетении сербов».
Историю с получением Косово независимости Кремль активно использует с 2014 года, пытаясь оправдать этим незаконную аннексию Крыма. Посыл такой: если с помощью Запада часть страны признали независимой, то почему Россия не может расколоть другую страну – притом что конфликт в Косово, в отличие от ситуации в Крыму, имеет абсолютно реальные предпосылки. Поэтому такую риторику Владимира Путина на Западе категорически отбрасывают.
С началом полномасштабного вторжения РФ в Украину снова начались разговоры о том, что Россия может попытаться искусственно обострить ситуацию в Косово и на Балканах в целом. Объективно, появление новой горячей точки в Европе было бы Москве максимально на руку, поскольку распылило бы внимание, время и ресурсы Запада, отвлекая его от Украины. И, потенциально, могло бы дать России опцию для торгов «по украинскому вопросу»: добиться каких-то уступок в Украине в обмен на деэскалацию в Косово. Что вполне реально с учетом влияния, которое Москва имеет на Белград.
До сих пор Сербия не присоединилась к антироссийским санкциям, такую политику власти поддерживает и большинство населения страны. Сербия зависит от РФ экономически, получая дешевый газ. Большую роль играют и традиционные союзнические отношения, основанные на истории и мифологии о «русских православных братьях». Различные пророссийские формирования, открыто поддерживающие агрессию против Украины, в Сербии чувствуют себя максимально вольготно. При этом страна официально идет проевропейским курсом, с 2012 года находясь в статусе страны-кандидата на вступление в ЕС.
Ключевой проблемой на этом пути может стать то же Косово – согласно соцопросам, большинство сербов не согласны обменять признание независимости Косово в обмен на вступление в Евросоюз.
В нынешней ситуации Украина, по идее, должна бы однозначно стать на сторону Косово, солидаризуясь со США и большинство европейских стран. Тем более, что концепция «сербского мира» по всем параметрам похожа на концепцию «русского мира». Но Украина Косово так и не признала. Ранее это можно было бы списать на то, что украинская дипломатия фактически до Революции достоинства инерционно двигалась в русле политики Москвы.
С началом российской агрессии 2014 года появился другой аргумент – Украине, очевидно, очень важно подчеркивать свою преданность принципу нерушимости государственных границ как таковому. Парадоксальным образом из-за этого она оказалась по другую сторону барьера, чем фактически все нынешние союзники. Впрочем, и в ЕС, куда Косово официально стремится вступить, страну признают не все. Из пяти стран-членов Евросоюза независимость Косово не признает, к примеру, Испания – вероятно, потому что сама имеет проблемный регион с сепаратистскими тенденциями, Каталонию.
Пока что дискуссия по поводу признания Косово в Украине в основном происходит в экспертных кругах. Но поводы вернуться к этому вопросу еще будут возникать. Если франко-немецкий мирный план не будет реализован (что пока выглядит очень вероятным), Косово и его северная часть обречены на новые конфликты.
