Бизнес на футболе: почему рекордный бюджет ЧМ-2026 обернулся финансовым давлением для стран-хозяек

Футбольный чемпионат мира 2026 года станет самым дорогостоящим в истории как для Международной федерации футбола (ФИФА), так и для принимающих стран, наглядно продемонстрировав жесткие коммерческие условия современной спортивной монополии.

О рекордных бюджетах, беспрецедентных стратегиях извлечения прибыли и нарастающем скепсисе со стороны местных властей рассказывает спортивный портал Sports.ru. Текущий четырехлетний цикл обойдется ФИФА в рекордные 12,9 млрд долларов, из которых непосредственно на проведение ЧМ-2026 выделено 3,756 млрд, что более чем вдвое превышает затраты на предыдущий турнир в Катаре. Столь резкое удорожание вызвано новым масштабным форматом соревнований: число участников расширилось до 48 сборных, а общее количество матчей увеличилось с 64 до 104, распределенных между 16 городами в США, Канаде и Мексике.

Рост масштабов турнира спровоцировал скачок расходов по всем статьям футбольного регулятора: операционный бюджет вырос до 1,122 млрд долларов, телевизионные расходы из-за сложной географии поднялись до 347 млн, а призовой фонд и выплаты клубам достигли рекордных 1,007 млрд долларов. Пересматривая финансовые обязательства, федерация недавно увеличила общий фонд еще на 15%. Комментируя эти вливания, президент ФИФА Джанни Инфантино заявил: «ФИФА гордится тем, что находится в самом стабильном финансовом положении за всю свою историю, что позволяет нам оказывать беспрецедентную помощь всем нашим ассоциациям-членам». Чуть позже руководитель структуры добавил: «Да, мы зарабатываем миллиарды на чемпионате мира, но ФИФА – некоммерческая организация. Это значит, что все доходы мы инвестируем в организацию футбола в 211 странах мира». Впрочем, эксперты напоминают, что ФИФА пользуется беспрецедентными налоговыми каникулами в принимающих государствах, декларируя свои доходы в Швейцарии по льготной ставке некоммерческой ассоциации в 4,25%. Против такой практики еще в 2018 году выступал депутат Цюриха Стефан Фельдманн, констатировавший: «Мне непонятно, как организация с миллиардными оборотами может считаться некоммерческой ассоциацией. Обычный человек этого не поймет».

Финансовые рекорды и билетный хаос

В то же время ФИФА рассчитывает получить историческую выручку в размере 8,911 млрд долларов за сам турнир. Увеличение доходов обеспечивается высокой покупательной способностью североамериканского рынка и новыми коммерческими механизмами, среди которых ключевую роль сыграла билетная программа. Внедрение вариативного ценообразования привело к тому, что стоимость билета на финал взлетела со стартовых 1 550 долларов до 32 970 долларов на первичном рынке. Дополнительным источником заработка стала официальная платформа перепродажи, где ФИФА удерживает двойную комиссию — по 15% как с покупателя, так и с продавца, фактически превратив билеты в финансовый актив. Кроме того, рекламные доходы подскочили до исторических 1,786 млрд долларов, где более половины спонсорских денег (52%) впервые обеспечивают американские бренды. На этом фоне умеренный рост показали лишь доходы от продажи телеправ (на 14%), поскольку контракты с Fox и Telemundo в США были продлены без открытого тендера еще в 2015 году.

Расходы хозяев и скрытые убытки городов

В отличие от ФИФА, получающей чистую прибыль, принимающие стороны несут колоссальные некоммерческие расходы на безопасность, логистику и городскую инфраструктуру. По данным британской прессы, совокупный дефицит только американских городов-организаторов может составить не менее 250 млн долларов, из-за чего местные чиновники называют условия соглашения «худшей сделкой в истории чемпионатов мира ФИФА». Города лишены доли от продажи билетов, телеправ и глобального спонсорства, а их возможности привлечь локальные бренды жестко ограничены правилами эксклюзивности ФИФА (например, Филадельфии запретили сделку с сетью фастфуда Wawa из-за контракта ФИФА с McDonald’s). Из-за непредсказуемости затрат и налоговых требований федерации от участия в проекте на разных этапах отказались такие мегаполисы, как Чикаго, Миннеаполис, Финикс и Монреаль. Реальные расходы распределились следующим образом:

• В США федеральные власти выделили 875 млн долларов на безопасность (включая 250 млн на борьбу с дронами) и 625 млн по линии агентства по чрезвычайным ситуациям (крупнейшие транши получили Техас — 116,3 млн долларов и Калифорния — 109,1 млн);
• Канада заложила около 337,8 млн долларов государственной поддержки, к которым провинция Британская Колумбия добавила 258,4 млн на Ванкувер, а Онтарио — 164,4 млн на Торонто;
• Мексика направила около 339 млн долларов из федерального бюджета на модернизацию линий общественного транспорта в городах-хозяевах.

Несмотря на то, что ФИФА и ВТО прогнозируют совокупный мировой экономический эффект в размере 80,1 млрд долларов, ведущие независимые аналитики относятся к этим цифрам скептически. Профессор Виктор Матесон указывает на «эффект вытеснения», из-за которого рядовые туристы избегают перегруженных городов во время чемпионата. Экономисты Кевин Дэйли и Мамбуна Ние из Goldman Sachs International после изучения статистики с 1982 года заключили, что проведение мундиаля оказывает статистически незначимое влияние на рост ВВП. Согласно исследованию компании Natixis, прирост экономики США составит всего около 0,05%, а опрос Американской ассоциации гостиниц и отелей (AHLA) уже на старте турнира выявил, что у 80% гостиниц уровень бронирования оказался ниже первоначальных прогнозов.

Читать далее