Массовое нарушение больничного режима стало одной из главных причин досрочной выписки раненых российских военнослужащих из реабилитационных медучреждений.
Журналистское расследование, которое опубликовало издание «Вёрстка», подробно описывает повседневную жизнь в Госпитале ветеранов войн № 2 (ГВВ № 2) в Москве и других крупных профильных больницах. На 1200 коек московского учреждения приходится около тысячи вернувшихся с фронта солдат с ампутациями, тяжелыми травмами позвоночника и выгоранием, многие из которых проводят в палатах месяцы или годы. Персонал регулярно фиксирует пронос спиртного, употребление синтетических наркотиков, потасовки и вызовы секс-работниц прямо в палаты. Молодая санитарка Ульяна Серова, комментируя уничтожение алкогольной контрабанды, призналась: «Я выливала это пиво, плакала. И пацана жалко».
Контрабанда, бытовой хаос и реакция персонала
Проблема носит системный характер: доступ на территорию относительно свободен, а пациенты ищут способы справиться с фантомными болями, психологическими травмами и скукой. Алкоголь и психоактивные вещества — от пива и коньяка до «Лирики» и «альфы» — проносят курьеры коммерческих доставок за крупную наценку или родственники под одеждой. В палатах оказываются как 18-летние вчерашние школьники вроде москвича Рината, так и бывшие заключенные с большими сроками. Экс-боец ЧВК «Вагнер» Стас, попавший в ГВВ № 2 в качестве 13-го по счету госпиталя, столкнулся с дефицитом элементарного комфорта: один холодильник на 60 человек и нехватка питьевой воды. При этом администрация закрывает глаза на вызовы сторонних служб и ограничение допуска волонтеров. Одна из сотрудниц больницы прямо заявила: «Приезжают в госпиталь, и ребятам просто сносит голову, потому что в здесь есть послабление — можно выходить за пределы корпуса. И, естественно, каким-то волшебным образом у них вся запрещёнка [появляется]».
Систематические нарушения дисциплины приводят к тяжелым последствиям для работы больниц:
- Досрочные выписки до завершения лечения: солдаты теряют право на бесплатную реабилитацию и разработку суставов до проведения необходимых операций.
- Вызовы силовиков и психиатрических бригад: когда штатная охрана не справляется с дезориентированными или агрессивными пациентами, врачи вызывают спецбригады «Алексеевской» или военную полицию.
- Ограничение гуманитарной помощи: администрация блокирует допуск волонтёров из опасений, что под видом медикаментов и продуктов в палаты попадут наркотические средства.
- Опасность реального рецидива и передозировок: смешивание тяжелых медицинских обезболивающих, спиртного и запрещенных веществ приводит к опасным для жизни состояниям прямо в палатах.
Судьбы нарушителей: от возвращения домой до отправки на фронт
Дальнейшая судьба военнослужащих, досрочно выписанных за «нарушение режима», зависит от полученной ими категории годности и наличия ампутаций. Ветеран Олег из Архангельской области, проведший в госпитале полтора года после подрыва на мине, признался: «Виски выпил. Сразу говорю дежурному врачу: „Берите кровь и выписывайте меня. Я устал уже. Всё“. И поехал домой». Бойцы с ампутированными конечностями и оформленной категорией «Д» отправляются домой к родственникам. Однако раненые, еще не прошедшие военно-врачебную комиссию и сохранившие конечности, после нарушения режима немедленно направляются в военную комендатуру и полки выздоравливающих, откуда их могут снова отправить на передовую.
Пока тяжелораненые бойцы — такие как 4 года прикованный к коляске Никита с весом в 38 кг — ждут неделями своей очереди на тренажеры, дисциплинарный хаос только усиливается. Бывший вагнеровец Стас объясняет логику руководства медучреждений следующим образом: «Руководствуются ещё таким моментом: алкоголь себе купить в состоянии? Проститутку, девочку, вызвать в состоянии? Значит, и медикаменты себе купишь». В результате военные госпитали превращаются из мест восстановления в сложные транзитные узлы, где глубокий ПТСР, доступность контрабанды и деградация больничной дисциплины приводят к серьезным социальным последствиям.