Стремление к улучшению внешности с помощью пластических операций и малоинвазивных инъекций у многих женщин приобретает характер психологической аддикции, подталкивающей к повторным вмешательствам вопреки финансовым или медицинским трудностям.
О результатах масштабного исследования израильских специалистов рассказывает научно-популярный портал Hi-Tech Mail.ru. Эксперты из Еврейского университета в Иерусалиме и Израильского центра по изучению зависимостей зафиксировали, что на фоне 40-процентного глобального роста индустрии красоты с 2019 по 2023 год у пациентов все чаще проявляются признаки аддиктивного поведения: непреодолимая тяга к трансформации, утрата самоконтроля и игнорирование негативных последствий.
Для оценки распространенности этой проблемы авторы работы провели в феврале 2025 года онлайн-опрос, в котором приняли участие 1614 жительниц Израиля в возрасте от 25 до 71 года разного социального и религиозного статуса. Выяснилось, что около 44% респонденток (710 человек) имели опыт эстетических вмешательств, включающих как хирургическую коррекцию груди или носа, так и введение ботокса и филлеров. Психиатры адаптировали для анкетирования опросник, применяемый для диагностики расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, чтобы оценить неспособность женщин вовремя остановиться. Статистика показала следующие результаты:
- Пятая часть женщин (20%) с опытом процедур имеет умеренный или тяжелый риск формирования пожизненной аддикции;
- У 15,4% опрошенных из этой же категории риск ярко проявился в течение последнего года;
- В масштабах всей выборки показатели составили около 9% для жизненного опыта и около 7% за прошедшие 12 месяцев;
- Наибольшие уровни риска отмечались у женщин, описывающих себя как «традиционные», за ними шли светские участницы, а у религиозных и ультраортодоксальных представительниц показатели были самыми низкими.
Ключевые факторы риска и роль цифровой среды
Математический анализ позволил исследователям определить три независимых фактора, напрямую связанных с развитием бьюти-зависимости. Ими стали низкая удовлетворенность собственным телом, выраженное проблемное использование социальных сетей и слабые феминистские установки, подразумевающие принятие пассивных гендерных ролей. Интересно, что общая самооценка, уровень поддержки близких людей и негативное отношение к процессам старения уникальной взаимосвязи с расстройством не продемонстрировали.
В то же время ученые выявили важную закономерность: недовольство фигурой и лицом трансформируется в навязчивую манию только при наложении на жесткую зависимость от виртуальных платформ с их системой лайков и комментариев. У тех, кто пользовался соцсетями менее навязчиво, связь между непринятием своего тела и аддикцией почти отсутствовала. В перспективе эксперты намерены изучить влияние дисморфофобии — навязчивой фиксации на воображаемых недостатках, — а также разграничить психологические механизмы, стоящие за мелкими инъекциями и радикальной пластикой.
