Археологи, как сообщает исследовательская группа под руководством Адмира Масича из MIT, обнаружили в Помпеях мастерскую, погребённую почти 2000 лет назад. Раскопки показали не просто здание, а полноценное производство бетона I века. Пепел накрыл помещение в разгар работы, сохранив материалы, инструменты и пометки на стенах.
Помпеи, уничтоженный извержением Везувия в 79 году, стали уникальным архивом повседневной жизни Римской империи. Город оказался «законсервирован» слоями пемзы и пирокластических потоков. Благодаря этому археологи увидели технологии в том виде, в каком их оставили древние строители.
Не так, как писали древние авторы
В мастерской нашли инструменты каменщиков, вулканический песок, переработанную черепицу и аккуратные насыпи негашёной извести. Это открытие перевернуло представления о римском бетоне. Древние тексты утверждали, что использовалась гашёная известь, смешанная с водой заранее.
Химический анализ сухих смесей показал обратное. Римляне применяли метод горячего смешивания, используя негашёную известь. Сначала все сухие компоненты соединяли вместе, и только затем добавляли воду. Масич подчёркивал, что этот приём не удавалось полностью воспроизвести даже в современных лабораториях.
Бетон, который «лечит» сам себя
При контакте воды с негашёной известью возникала бурная реакция с выделением тепла. В процессе затвердевания формировалась плотная каменистая структура. Внутри бетона оставались особые включения — класты извести, служившие резервуарами активного кальция.
Когда появлялись микротрещины, вода запускала повторные реакции. Кальций кристаллизовался прямо в повреждениях, заполняя их и укрепляя материал. Микроскопический анализ показал, что бетон со временем сам наращивал прочность. Именно это объясняет его удивительную долговечность.
Согласно материалу, опубликованному исследователями после изучения древней глиняной таблички, одна из старейших карт мира более века оставалась загадкой. Табличка, найденная в 1899 году на территории современного Ирака, изображала город Ниппур, но ее линии долго считались неточными.
Раскрытая точность и забытая инженерия
По данным археологов, карта отражала расстояния между воротами укрепленного города. Однако многие структуры на ней не совпадали с раскопками. Ситуация изменилась в 1970-е, когда археолог Макгуайр Гибсон, изучая аэрофотоснимки, понял, что карта показывает фрагменты стен, выступающих на юг. Раскопки подтвердили догадку: линии «совпали прекрасно», а карта охватывала почти полквадратной мили с точностью до 10 процентов.
Эксперты не знают, как создатели добились такой точности. Месопотамцы были умелыми землемерами, использовали веревки с узлами, рейки и, возможно, примитивную тригонометрию. Но даже с этими инструментами создание столь масштабной схемы требовало кропотливых измерений и аккуратных подсчетов.
Для чего древним понадобилась столь точная схема
Историки предполагают, что карта могла быть не просто изображением города, а строительным планом. Ниппур до создания таблички был частично заброшен. Затем к власти пришли касситы, известные стремлением восстанавливать разрушенные города. По словам специалиста Йоханнеса Хакля, месопотамские правители чувствовали «обязанность быть строителями». Поэтому табличка могла служить планом реконструкции.
Ученые провели химический анализ 14 свинцовых печатей и пломб дрогичинского типа XI–XIII веков, обнаруженных в древних городах Волынь и Червен. Исследование показало, что 11 древнерусских артефактов были сделаны из металла, добытого в Силезско-Краковском рудном районе. Об этом сообщается в статье, опубликованной в Journal of Archaeological Science: Reports.
Одним из массовых источников о делопроизводстве и документообороте в Древней Руси выступают свинцовые вислые печати (буллы). Они с помощью шнура закреплялись на листе пергамента, что подтверждало подлинность документа. Владельцами таких булл были князья, военачальники, чиновники, представители церкви и купцы. Судя по археологическим данным, на Руси вислыми печатями стали активно пользоваться в середине XI века, когда у власти находились сыновья Ярослава Мудрого.
Кроме того, с территории России, Украины, Беларуси и Польши известны многочисленные свинцовые пломбы так называемого дрогичинского типа, которые, в частности, отличались от обычных вислых печатей меньшим размером. Свое название они получили в честь города Дрогичина (Беларусь), в окрестностях которого еще в 1860-х годах обнаружили первые подобные артефакты. Впоследствии тысячи таких предметов нашли не только в Дрогичине, но и в других древних городах, причем главным образом в поселениях, располагавшихся в русско-польском приграничье. Точное назначение этих пломб до сих пор остается неизвестным. Ученые предполагают, что, по-видимому, они использовались для утверждения фискальных и коммерческих операций, хотя, возможно, иногда ими могли, например, опечатывать товары.
Стивен Меркель (Stephen Merkel) из Врийского университета совместно с коллегами из Германии и Польши представил результаты исследования 14 свинцовых артефактов, обнаруженных на двух средневековых городищах, которые находятся в окрестностях современных польских сел Грудек-над-Бугем и Чермно. Считается, что эти памятники представляют собой остатки древнерусских городов Червен и Волынь, то есть так называемых Червенских городов, за которые шла борьба между Русью и Польшей.
В общей сложности ученые проанализировали по семь артефактов XI–XIII веков из каждого памятника. Одна половина находок представляла собой печати дрогичинского типа, в то время как вторая — княжеские свинцовые печати. Среди них, в частности, оказались булла князя дорогобужского и владимиро-волынского Давыда Игоревича, волынского князя Ярослава Святополчича, а также князя волынского и туровского Ярополка Изяславича. У всех проанализированных артефактов отсутствовал археологический контекст — их обнаружили на поселениях с помощью металлоискателей.
Исследователи провели химический анализ печатей и пломб, который показал, что 11 из них были изготовлены из руды, добытой в Силезско-Краковском рудном районе. Он находится на юго-западе Польши и объединяет целый ряд крупных свинцово-цинковых месторождений. Оставшиеся три предмета, возможно, были сделаны из металла, добытого в одном и том же месте, но осталось непонятно, в каком именно. По словам ученых, полученные результаты не только дополняют растущий объем информации о масштабах средневековой добычи свинца в Малой Польше, но и говорят о том, что его поставляли на Русь. Ранее преобладало мнение, что в основном на Руси пользовались свинцом, происходившим с Британских островов, или же поставляемым из Византии.
Ученые определили это по следам износа и остаткам, сохранившимся на поверхности.
Ученые исследовали 11 каменных плиток, обнаруженных на затопленном памятнике позднего мезолита и неолита Нойштадт-LA-156, который находится у балтийского побережья Германии. Благодаря следам износа и остаткам, сохранившимся на поверхности артефактов, они определили, что часть предметов использовалась для переработки растительных ресурсов, например, лесных орехов, в то время как другая — для обработки шкур, полировки или измельчения кости, рога и сухожилий. Как сообщается в статье, опубликованной в Journal of Archaeological Science: Reports, возраст этих предметов составляет около 5800–6400 лет.
На дне Нойштадской бухты, расположенной на севере Германии, находится древний памятник Нойштадт-LA-156, который оказался под водой в результате повышения уровня Балтийского моря. С 2000 по 2006 год ученые провели подводные раскопки этого объекта и выяснили, что он представлял собой место, куда жители находившегося рядом поселения выбрасывали мусор и прочие отходы. Среди них археологи обнаружили тысячи кремневых артефактов, фрагментов керамической посуды, остатки деревянных изделий и тысячи костей различных диких и одомашненных животных, включая наземных и морских млекопитающих, рыб и птиц.
Радиоуглеродный анализ находок из памятника Нойштадт-LA-156 показал, что поселение существовало здесь на протяжении примерно 600 лет — около 4400–3800 годов до нашей эры. Причем его обитателями были сначала носители культуры Эртебёлле эпохи позднего мезолита (или субнеолита), а затем представители культуры воронковидных кубков эпохи неолита. Одно из интересных открытий, связанных с этим памятником, ученые сделали, когда исследователи остатки пищи, сохранившиеся в местной керамике. Так, среди прочего, они обнаружили, что древние обитатели этого поселения использовали в качестве специи черешчатую чесночницу (Alliaria petiolata).
Местоположение памятника Нойштадт-LA-156
Даниэла Хольст (Daniela Holst) из Кёльнского университета совместно с коллегами из Германии и Италии сообщила о результатах исследования каменных артефактов из памятника Нойштадт-LA-156. Ученые обратили внимание на 16 каменных плиток размером от 75 × 73 × 30 миллиметров до 210 × 184 × 28 миллиметров. Пять из них, по-видимому, использовались для сооружения очагов, на что указали черный налет и результаты Фурье-спектроскопии. Новая статья посвящена исследованию оставшихся 11 артефактов.
Ученые определили, что все находки представляли собой куски песчаника различных разновидностей. Чтобы определить, какие функции выполняли эти артефакты, исследователи обратились к трасологическую анализу следов износа и использования, а также к микроскопическому, биохимическому и спектроскопическому анализу остатков, сохранившихся на поверхности предметов.
Исследователи выяснили, что как минимум три артефакта (а, возможно, и четыре) применялись при переработке растительных ресурсов. В частности, два предмета использовались для толчения богатых жирами и белками плодов, таких как лесные орехи. Следы и остатки на трех плитках указали на то, что, вероятно, с помощью этих предметов обрабатывали материалы животного происхождения (менее убедительно, что для этих целей использовался еще один артефакт). Ученые отметили, что их объединяет небольшой размер рабочей поверхности, площадь которой составляла меньше 50 квадратных сантиметров. Поэтому они предполагают, что предметы размером с ладонь во время работы держали в руке. Один из этих артефактов, по мнению исследователей, использовался для обработки шкур животных или переработки их мягких тканей. С помощью второго орудия древние люди, по-видимому, полировали или шлифовали кость или рог, а с помощью третьего — дробили кость или сухожилия.
