неравенство

Сокращение масштабов бедности в Узбекистане до исторического минимума в 5,8% к концу 2025 года заложило прочную основу для расширения свобод граждан, однако материальный дефицит в семьях все еще жестко лимитирует развитие человеческого капитала.

К такому выводу приходят эксперты Лаборатории социальной политики в своем междисциплинарном экономическом обзоре. Ссылаясь на фундаментальный подход нобелевского лауреата Амартии Сена, исследователи напоминают, что «Конечная цель экономического роста — расширение возможностей и свободы человека выбирать и жить той жизнью, которую он ценит». Несмотря на то, что за последние годы разрыв между городами и селами существенно сократился, а коэффициент Джини упал до отметки 32,7 благодаря переходу к модели инклюзивного роста «в пользу бедных», стартовое неравенство доходов продолжает предопределять жизненные шансы подрастающего поколения.

Данные «Мультииндикаторного кластерного обследования» (MICS) ЮНИСЕФ выявили неожиданную деталь: вовлеченность отцов и матерей в образовательный процесс — от покупки книг до визитов в школу — фактически одинакова во всех имущественных группах. Однако одинаковые родительские усилия не конвертируются в равные академические результаты из-за скрытого давления бедности. Применение индекса социально-экономического статуса (СЭС) в рамках международной программы PISA показало, что первоначальные материальные лишения накладывают колоссальный отпечаток на формирование когнитивных навыков.

Для понимания масштабов образовательного и финансового расслоения исследователи приводят следующие ключевые факты:

• Показатель достижения фундаментального Второго уровня (минимального порога базовых навыков) среди учащихся из беднейшего дециля почти в 3 раза ниже, чем у их сверстников из наиболее обеспеченных семей;
• Малообеспеченные домохозяйства сталкиваются с огромным «финансовым бременем», отдавая почти 28% от своих общих потребительских расходов на образование, тогда как у богатых этот показатель составляет 14%;
• В абсолютном выражении затраты на одного учащегося в семьях из низшего дециля в 2 раза ниже, чем у представителей высшего дециля;
• Экономические трудности лишают детей времени: почти каждый 10-й подросток из бедных семей вовлечен в чрезмерную или тяжелую экономическую деятельность для помощи родственникам, тогда как в обеспеченных слоях этот показатель составляет менее 1%.

Важнейшей частью анализа стало изучение институциональной среды. Применив метод декомпозиции Оахаки-Блайндера, экономисты установили, что почти половина среднего разрыва в 27,8 балла по математике между детьми из полярных по доходам семей объясняется факторами школьного уровня (инфраструктура, квалификация учителей, локация). В апреле 2026 года на пресс-конференции представитель Министерства дошкольного и школьного образования прямо заявил, что выравнивание качества образования в почти 11 тысячах школ требует как времени, так и ресурсов. В результате малообеспеченный ребенок сталкивается с двойным капканом ограничений: дефицитом ресурсов дома и слабой образовательной средой в самом учебном заведении.

В попытке переломить эту опасную тенденцию государство перешло к мерам адресной поддержки. Согласно указу президента Узбекистана от 26 декабря 2025 года, для детей из семей, зарегистрированных в «Социальном реестре», было введено 12 различных льгот в сфере образования. Тем не менее, эксперты предупреждают, что одной лишь финансовой помощи недостаточно для достижения подлинного равенства; крайне важно также снижать социальные и институциональные барьеры. Без этого уязвимые слои населения так и будут «вынуждены делать нелёгкий выбор между базовыми потребностями семьи и образованием».

Экономическое расслоение в России по итогам 2025 года продемонстрировало рекордный рост за последние два десятилетия, вернувшись к показателям 2007 года.

Об этой тенденции подробно рассказывает независимое интернет-издание The Insider, анализируя обновленные подходы властей к маскировке реального разрыва между гражданами. Согласно традиционному международному расчету, классический коэффициент Джини подскочил до отметки 0,422. Однако Росстат оперативно внедрил разработанную экспертами ВШЭ альтернативную методику, учитывающую региональные цены и прогрессивную шкалу налогов. Благодаря смене измерительного прибора ведомству удалось административным путем снизить показатель до 0,375, что практически совпадает с целевым ориентиром (0,37), установленным президентским указом к 2030 году. Чиновники уверяют, что «смена методики расчета индекса Джини позволяет показывать «улучшение» без реальных изменений в доходах граждан».

Внедрение новых формул никак не повлияло на фактическое благосостояние населения, поскольку в конце 2025 года средний заработок 10% наиболее обеспеченных россиян составил 289,8 тысячи рублей в месяц, в то время как 10% беднейших получали всего 16,7 тысячи рублей. Масштаб разрыва становится еще более очевидным при анализе структуры расходов и накоплений, где три четверти беднейших домохозяйств вынуждены существовать без финансовой подушки, тратя почти половину бюджета на еду. Ситуацию дополнительно усугубляют жесткая политика Центробанка, увеличивающая доходы владельцев крупных банковских вкладов, и масштабные оборонные вливания. Неоправданный рост зарплат в сфере ВПК создает диспропорции на рынке труда, и, как отмечают экономисты, «военнослужащие и сотрудники сферы ВПК, получавшие 200 тысяч рублей в месяц и более, просто не будут возвращаться на старые рабочие места за 50–60 тысяч рублей в месяц».

Пока официальные опросы фиксируют оптимистичные настроения, независимые социологические исследования выявляют глубокую тревогу среди населения. Более половины граждан заявляют о резком усилении неравенства за последние пять лет, а значительная часть респондентов считает текущую ситуацию худшей за всю историю страны. Граждане оценивают масштаб проблемы выше, чем расслоение в эпоху 1990-х годов или периоды царского крепостничества. Главной причиной происходящего 76% участников опросов называют «передачу социального статуса и привилегий по наследству, от родителей к детям», что свидетельствует о полной стагнации социальных лифтов в восприятии современного российского общества.

Для структурирования макроэкономической картины и понимания реального масштаба проблемы можно выделить следующие ключевые факты:

• Разрыв в доходах: Соотношение средних доходов крайних 10-процентных групп населения в конце 2025 года составило почти 17 раз.
• Структура потребления: Беднейшие граждане тратят 47,8% своего бюджета на продукты питания и 13,9% на услуги ЖКХ, в то время как богатые тратят на досуг в 30 раз больше, а на транспорт — в 42 раза больше бедных.
• Мировой антирекорд: Согласно UBS Global Wealth Report 2025, Россия разделила с Бразилией первое место в мире по неравенству распределения богатства с коэффициентом Джини по активам 0,82.
• Пессимизм граждан: Около 43% опрошенных россиян ожидают дальнейшего усиления социального расслоения в ближайшие годы.

Военная экономика в России, по оценкам экспертов, всё сильнее бьёт по бедным слоям населения, тогда как сверхдоходы олигархов растут.

На это указывает The Insider, ссылаясь на официальную статистику и независимые исследования.

Разрыв между богатыми и бедными

По данным Росстата, в 2024 году номинальные зарплаты выросли на 18%, однако у 10% самых обеспеченных граждан доходы увеличивались вдвое быстрее, чем у 10% беднейших. Реальные расчёты специалистов НИУ ВШЭ показали, что заработки 1% самых состоятельных россиян даже выше, чем отражают официальные отчёты. Одновременно малоимущим не удаётся компенсировать рост цен, поскольку пособия отстают от инфляции.

Преимущества для олигархов и крупного бизнеса

Близкие к государству миллиардеры нарастили капиталы за счёт госзаказов и дешёвых приобретений активов западных компаний, ушедших с российского рынка. В результате их совокупное состояние за 2024 год увеличилось с 505 до 577 млрд долларов. При этом санкции и импортозамещение негативно сказываются на среднем классе и малообеспеченных группах, которым сложнее противостоять росту цен и недостатку ресурсов.

Последствия и перспективы

Экономисты отмечают, что быстрый рост богатств ограниченного круга лиц ведёт к повышенной социальной напряжённости. По мнению опрошенных экспертов, для сдерживания неравенства необходимо расширять адресную поддержку малоимущих, однако военные расходы и инфляция препятствуют подобным мерам. На фоне стагнации потребления и неравномерного распределения доходов сохраняется риск обострения социального кризиса в будущем.

В России наблюдается значительное изменение в распределении доходов, что приводит к усилению социального неравенства, передает Независимая Газета.

Как сообщает Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), за последние восемь лет число граждан, чьи доходы позволяют приобретать все, кроме жилья, увеличилось с 6% до 15%. В 2023 году реальные денежные доходы населения выросли на рекордные 5,6%, а в первой половине 2024 года — на 7,4%. Основной вклад в этот рост внесло увеличение зарплат, особенно в финансовой и строительной отраслях, а также в сфере административных и обрабатывающих производств. Однако, несмотря на общее повышение доходов, более 25% россиян продолжают получать ежемесячные доходы в пределах 27–45 тысяч рублей, и эта доля практически не меняется.

Одновременно с этим, наблюдается рост числа россиян с доходами свыше 100 тысяч рублей, что свидетельствует о формировании новых групп среднего класса. Эти изменения частично обусловлены дефицитом кадров в ключевых отраслях и введением санкций, которые стимулировали рост зарплат в сферах, связанных с импортозамещением и специальной военной операцией (СВО). В то же время, несмотря на значительное снижение уровня бедности — с 13,5% в 2016 году до 8,5% в 2023 году — уровень неравенства продолжает расти, что подтверждают результаты недавних опросов. Более половины россиян считают, что неравенство в стране увеличилось за последние пять лет, и ожидают, что эта тенденция продолжится.