тайны

Шлезвиг в Германии может похвастаться великолепным кафедральным собором Святого Петра, происхождение которого насчитывает почти 900 лет, а в его недрах покоится могила короля Фредерика, Первого Дании. На протяжении веков в собор добавлялись новые крылья и произведения искусства, пока в конце XIX века, когда Шлезвиг стал региональной столицей, кафедральный собор не поручил художнику Августу Олбасу восстановить увядающие готические фрески в клустрах. Его работа, завершённая в 1888 году, когда-то восхвалялась за свою ясность, хотя позднее критики осуждали Олбаса за чрезмерное вмешательство, закрывающее оригинальное творение.

Кафедральный собор Святого Петра в Шлезвиге

К 1937 году церковные власти осудили работу Олбаса как излишнюю, и была собрана новая команда во главе с профессором Эрнстом Фае, его сыном Дитрихом и молодым амбициозным Лотаром Малскатом. Лотар Малскат, 23-летний художник, когда-то вынужденно заниматься побелкой дома Фае. Под наставничеством профессора Фае и с доступом к обширной библиотеке по церковному искусству Малскат не только соскабливал доработки, но и заново воображал утраченные участки в убедительном стиле XIV века. Интригу усиливали слухи, что современные методы Малската — использование промышленных пигментов и искусная многослойная техника — были задуманы так, чтобы максимально имитировать средневековое мастерство, стирая грань между подлинным восстановлением и искусной подделкой.

Герман Геринг

Однако, соскребание краски Олбера удалило большую часть оригинального произведения. Вместо того чтобы признать проблему, Фае решили поручить Малскату заново расписать фрески и выдать его работы за реставрацию оригиналов. Их усилия раскрыли не только потрясающие средневековые изображения, но и странный парадокс: одна библейская фреска необъяснимо изображала восемь диких американских индюков — вопиющий анахронизм, ведь Колумб достиг Америки лишь в 1492 году.

Фрески Шлезвигского собора

Нацистские идеологи, особенно профессор Альфред Стангер, использовали образ индюков для поддержки дикой теории о том, что немецкий исследователь достиг Америки задолго до Колумба, тем самым подтверждая превосходство арийской расы. Изначальный реставратор фресок, 80-летний Август Олберс, всё ещё был жив и был крайне удивлён, услышав, что так много историков строят теории на основе этих индюков. Господин Олбас выступил с заявлением, что «индейки» Шлезвига не были написаны в 1300 году – он сам написал несколько из них в 1889 году, примерно четыре штуки. В любом случае, Олберс реставрировал фреску, изображавшую резню невинных, организованную царём Ироду, и под ней была пустая область, где должно было находиться средневековое произведение. Олберс решил добавить чередующийся узор из лисиц и индюков, что являлось визуальной аллегорией коварства и жадности царя Ирода. Однако, как известно, Олбас никогда не претендовал на то, чтобы делать что-либо иное, кроме как заполнять пробелы между оригинальным произведением – именно то, чего хотели люди в то время.

Фрески индюков Шлезвигского собора

Когда Лотар Малскат, подражая средневековым фрескам и черпая вдохновение из книг по истории искусства, современных кинокадров и изданий Олбаса XIX века, создавал свои работы, он, должно быть, увидел этих индюков и ему они понравились, не заботясь или, скорее всего, не осознавая, что их никогда не могло быть в исходном средневековом произведении. В конце концов, Малскат был художником, а не орнитологом. Первоначально Олбас написал четыре индюка, а якобы средневековая реставрация Малската теперь содержала восемь. И вот появились два неловких факта, указывающих на то, что Фае и Малскат — мошенники. Во-первых, было совершенно очевидно, что викинги из Арана не привозили индюков из Америки XII века. Во-вторых, человек, который изначально разместил этих индюков на стенах клустров Шлезвигского собора — Август Олберс — рассказывал всем точно, что произошло. Однако, учитывая политический контекст, никто не хотел слушать. Эксперты строили очереди, объясняя, что старый Олберс, по-видимому, страдает деменцией.

Великая ложь была дополнительно укреплена в 1940 году, когда Генрих Гиммлер, глава нацистского СС, приказал, чтобы каждая немецкая школа получила копию Шлезвигского собора и его фресок — иллюстрированную книгу нацистского искусствоведа Альфреда Стангера. Это весьма интересная книга. Стангер отмечает, что фигуры, изображённые в шлезвигском стиле, напоминают те, что встречаются дальше на западе и юге Германии, что служит доказательством единства немецкого государства. Малскат написал их так, чтобы соответствовать нацистским расовым стереотипам: «Я должен был изобразить апостолов как длинношерстных викингов», — сказал он, потому что «не хотелось видеть восточных круглошейных». Малскат, очевидно, знал, как угодить своей аудитории. Стангер почти с наслаждением использует фрески для доказательства связи между немецкой кровью и викингами.

Генрих Гиммлер

После Второй мировой войны параллельный скандал разразился в Любеке. Разбитая бомбёжками в Пасхальное воскресенье 1942 года, церковь Мариан Кирша в Любеке оказалась местом, где огонь обнаружил скрытые под слоем побелки готические фрески. Дитрих Фае и Малскат вновь были призваны для «реставрации» этих работ. Лотар Мальскат, как и положено, поднялся на строительные леса, чтобы осмотреть огромные фрески. Вернувшись, он покачал головой. «Там ничего нет, только пыль, тень оригинала. Всё, что нужно — подуть, и тень исчезнет». Фэй и Мальскат понимали, что для восстановления фресок Марион Кирши понадобится не одно чудо. Но, если кто и умеет творить чудеса, так это они, и Лотар Мальскат снова принялся за работу, как всегда, работая быстро.

Скоро молодая исследователь, Йоханна Колба, сделала отчёт который выявил вопиющие несоответствия — например, святые в сандалиях, противоречащих историческим представлениям. Дитрих Фэй пригрозил подать в суд на Йоханну Колба. Он был богат и влиятелен, а она всего лишь аспирантка. Вскоре она отозвала своё заявление, заявив, что, должно быть, неправильно запомнила.

Фрески церкви Мариан Кирша в Любеке

Реакция на фрески была восторженной. Изображения фресок оказались на миллионах почтовых марок. Туристы стекались в Любек, чтобы посетить церковь. Журналисты писали о поразительном открытии, а учёные с замиранием сердца объясняли, что это перепишет историю церковного искусства. Дитриху Фэю выдали ещё сто пятьдесят тысяч марок и выдвинули на профессорскую должность. В 1951 году лидер зарождающейся демократии Западной Германии, Конрад Аденауэр, посетил церковь, чтобы отметить её семисотлетие, и стоял в нефе, изучая работы. «Это воодушевляет, господа», — сказал он, указывая на ряды святых, расположенных в семидесяти футах над ними, высотой в десять футов, зелёных, красных и землисто-коричневых, обнажённых пожаром и восстановленных до своей первоначальной славы Дитрихом Фэем и его помощником. Как его звали? Опять же, никто не знал имени Лотара Мальската, но вскоре это имя зазвучало на устах каждого немца.

Конрад Аденауэр

Лотар Мальскат кипел от злости. Дело было не в деньгах, хотя всем известно, что Дитрих Фэй платил ему весьма скудно. Дело было в признании. Мальскат создал всё это искусство, образы, которые печатались на марках и снова переписывали учебники, а при этом никто даже не знал его имени. Фэй был публично отмечен Конрадом Аденауэром, лидером послевоенной Западной Германии, а Мальскат оставался в тени других мастеров. Он не хотел, чтобы художник XX века получал признание, и потому написал на стене Марион кошаре: «Все картины в этой церкви — работы Лотара Мальската». Естественно, эту неудобную декларацию тут же закрасили, и Мальскат предпринял ещё более экстравагантный шаг. Он пошёл в местный полицейский участок и полностью признался, что подделал фрески Марион Кёши. Полиция высмеяла его и выгоняла из города.

Но в отличие от Августа Олбаса, у Мальската было секретное оружие — камера. Он документировал каждый шаг процесса: от уничтожения хрупких фресок стальной щёткой, где это было необходимо, до нанесения свежего побелки и энергичной живописи на чистых стенах. И хотя местные власти не проявляли никакого интереса к этим фотографиям. Тогда, Мальскат поднял борьбу на сюрреалистический новый уровень. Он подал в суд на самого себя за подделку по немецкому законодательству. Это заставило полицию принять меры. Адвокат Мальската передал досье, полное доказательств, включая отчёты о поддельных «Ван Гогах» и «Рембрандтах». При обыске дома Дитриха Фэя полиция обнаружила ещё несколько подделок. Дитрих Фэй был арестован и помещён под стражу. В течение нескольких дней была создана экспертная комиссия, которая осмотрела Марион Кирша и опубликовала доклад, подтверждающий слова Мальската.

Лотар Малскат

Настоящими обвиняемыми должны были быть не подделщики, а эксперты и чиновники, которые не удосужились проявить должную осторожность – им было всё равно, что их обманывают. Если бы Малскат не сфотографировал пустые стены церкви перед тем, как приступить к росписи фресок, доказательства были бы подавлены самими теми, кто его нанял. Они так же виновны, как и сами подделки. Действительно, мы все хотим верить в чудеса, и когда кто-то прокалывает наш маленький пузырёк желаемого, мы с меньшей охотой благодарим его, чем испытываем негодование.

Индюки Шлезвига показали нам, что в фашистском государстве люди выстраиваются в очередь, чтобы поддержать очевидную ложь. Но чудо Марион Кирша показало, что даже демократия не застрахована от грандиозных самообманов. Как объяснил Лотар Малскат во время судебного процесса, людям нравится, когда их обманывают. Сегодня мы просто дали им то, что они хотели.

В конце концов, Лотар Малскат добился своего. Его наконец признали художником, создавшим интерьер Марион Кирша. Он получил и то, чего не хотел – восемнадцать месяцев тюрьмы. Дитрих Фае получил двадцать, а Марион Кошер – своё. Растаявшие церковные колокола до сих пор покоятся на полу церкви, став торжественным памятником ужасам войны. Но далеко не всё было так тщательно запомнено. Многие картины Малската остались на стенах. Ему бы это понравилось, но не то, что сейчас пишут путеводители о церкви. Готические фрески с изображениями Христа и святых придают цвет скучным стенам. Пастельные образы вновь всплыли только тогда, когда пожар, вызванный бомбёжкой в 1942 году, сжёг слой побелки. Какое же это было несправедливое происшествие. Конечно, в путеводителе должно быть указано, что все картины в этой церкви созданы Лотаром Малскатом, но этого нет. Видимо, хорошее чудо не удержишь.

В этой истории о гигантских эго, невероятных усах и вспышках гениальности записана храбрая – но зачастую трагическая – дорога к пониманию жёлтой лихорадки. Это рассказ о рискованных экспериментах, человеческих жертвах и неустанном стремлении к научной истине, которая навсегда изменила здравоохранение.

Смелый эксперимент на Кубе

Всё началось в импровизированном лагере армии США возле Гаваны в прохладный декабрьский день 1900 года. В скромном деревянном домике, разделённом тонкой проволочной решёткой, добровольцы, такие как Джон Моран – молодой идеалист с мечтой стать врачом – добровольно подвергались опасности. Одетый лишь в ночную рубашку и окружённый жужжащими комарами, Моран согласился быть укушенным в рамках революционного эксперимента. Майор Уолтер Рид, человек с острым глазом на детали, собрал команду коллег и добровольцев, чтобы ответить на волнующий вопрос: как распространяется жёлтая лихорадка? Эксперименты проводились в условиях, когда каждая мелочь могла сыграть решающую роль, и именно этот момент стал поворотным в истории медицины.

Больница жёлтой лихорадки на Кубе

Комар: невольный курьер природы

В центре экспериментов оказались крошечные комары — ничем не примечательные носители смертельного недуга. Добровольцы терпели дискомфорт от укусов в условиях строгого контроля, пока команда Рида пыталась опровергнуть старые теории, обвинявшие заражение через загрязнённую одежду или воздушные токсины. Детальные записи и наблюдения постепенно указывали на то, что именно комар является единственным виновником. Прорыв случился, когда контролируемые эксперименты ясно показали, что только те, кого кусали комары, заболевали, в то время как люди, находившиеся в том же воздухе, оставались здоровыми. Этот результат не только перевернул представления о путях передачи инфекции, но и открыл новые горизонты в борьбе с другими инфекционными заболеваниями.

Цена любознательности и личные трагедии

Не все эксперименты закончились удачно. Несмотря на храбрые намерения, некоторые добровольцы, включая Джесси Лазиера, заплатили высшую цену. Судьба Лазиера стала мрачным напоминанием о присущих рисках научных исследований. Его трагическая история подчеркнула необходимость проведения точных и контролируемых исследований — урок, который отозвался далеко за пределами его времени. Уолтер Рид, решив не напрасно тратить мужество добровольцев, тщательно разработал последующие эксперименты с лучшими мерами контроля и четким информированным согласием, чтобы каждый участник понимал возможные риски. Этот опыт послужил основой для развития медицинской этики и принципов добровольного информированного согласия, которые остаются краеугольным камнем современных клинических исследований.

Карантинный пациент

Контекст и значение для истории медицины

Помимо непосредственных экспериментов, история жёлтой лихорадки стала катализатором для пересмотра старых взглядов на эпидемии. Учёные того времени пытались понять, как и почему распространяются болезни, что побудило их к переосмыслению санитарных норм и мер общественного здравоохранения. Изучение пути передачи жёлтой лихорадки через комаров не только привело к значительным открытиям, но и положило начало более систематическому подходу к борьбе с инфекционными заболеваниями. Эти открытия оказали влияние на всю систему здравоохранения, в том числе на разработку методов профилактики и контроля, которые используются и сегодня.

Уроки для современности

Историческая сага исследований жёлтой лихорадки наглядно перекликается с современными дилеммами, такими как этические дебаты вокруг испытаний вакцин с намеренным заражением COVID-19. Так же, как команда Рида вынуждена была балансировать между научным прогрессом и личным риском, современные исследователи и политики сталкиваются с подобными вызовами при оценке рисков и выгод ускоренного тестирования вакцин. Мужество ранних добровольцев, движимое смесью идеализма и прагматизма, продолжает вдохновлять дискуссии о том, как ответственно продвигать здравоохранение в кризисные времена. Эти уроки важны и сегодня, когда каждое решение может иметь огромные последствия для миллионов людей по всему миру.

Наследие, которое остаётся

К началу 1901 года, после месяцев кропотливой работы, Уолтер Рид представил свои выводы на медицинском конгрессе в Гаване. Его исследования окончательно доказали, что жёлтая лихорадка распространяется через комаров, а не через загрязнённые предметы или воздушные токсины. Результаты преобразили практику здравоохранения. В Гаване были организованы специальные отряды для борьбы с комарами, и вскоре число случаев жёлтой лихорадки резко сократилось. Между тем, жертвы этих экспериментов помогли заложить основы современной научной этики, включая практику информированного согласия, которая остаётся важнейшей и по сей день. Это открытие стало важным рубежом в борьбе за жизни миллионов людей и внесло неоценимый вклад в развитие профилактики инфекционных заболеваний.

Валтер Рид

О рисках и наградах

Личная история Джона Морана — от добровольца до амбициозного нефтяника, чьи мечты были изменены азартом риска как в науке, так и в финансовых вложениях — напоминает нам, что за каждым прорывом стоит своя цена. Его жизненный путь, наряду с судьбами его коллег, свидетельствует о сложном взаимодействии риска, награды и человеческого стремления к знаниям. Некоторые из них добивались успеха, другие платили жизненной ценой. Их наследие побуждает нас чтить как триумфы, так и жертвы, которые проложили путь к современным медицинским достижениям и научным методам, использующим принципы доказательной медицины.

Применение уроков прошлого в современном мире

В условиях глобальных пандемий, подобных COVID-19, уроки прошлого становятся особенно актуальными. Опыт ранних исследований жёлтой лихорадки напоминает о необходимости взвешенного подхода к экспериментам, когда каждая жертва, каждая рискованная попытка имеет огромную ценность для будущего медицины. Современные учёные и медицинские работники продолжают использовать принципы, выработанные в начале XX века, для разработки новых методов лечения и профилактики. Это не только способствует быстрому реагированию на новые угрозы, но и подчеркивает значимость добровольной помощи и личной ответственности каждого в борьбе за общественное здоровье.

Для советских чиновников это была просто высота 1079. Но коренные народы Урала знали вершину под другим именем. Манси называли её Холат Сяхыл — «Гора мёртвых». Не менее мрачное название у манси было и для хребта чуть севернее — гора Оттортен. Оттортен означает «не ходи туда».

Но студент инженерного факультета Игорь Дятлов собирался туда идти, и не просто идти — он радостно планировал пересечь на лыжах 300 километра территории манси в разгар ледяной зимы. Даже в январе 1959 года маршрут, который он выбрал, вероятно, не проходил ни один русский. Разумеется, он не собирался идти в одиночку. В 16-дневный поход Дятлов пригласил друзей из Уральского политехнического института, как нынешних студентов, так и недавних выпускников.

Это была жизнерадостная компания. Главным шутником считался Георгий Кривонищенко, недавно устроившийся на работу в сверхсекретный ядерный комплекс. Но его настоящая страсть — петь и играть на мандолине. По пути в горы его неуемное веселье едва не привело его в полицейский участок — он внезапно запел во весь голос на вокзале. Оказалось, уличные выступления там были не в почёте.

Зинаида Колмогорова, возможно, была бы рада весёлой песне, ведь она страдала от разбитого сердца. «Мы даже не разговариваем, — объясняла она, — даже не здороваемся. А он уже везде ходит с другой». Объектом её несчастной любви был Юрий Дорошенко, который тоже отправился в поход. Зина планировала держаться как можно дальше от бывшего возлюбленного — задача не из лёгких в тесных вагонах поездов, удалённых домиках и единственной палатке, ставшей их домом на время экспедиции.

Зинаида была готова к вспышкам ссор, хотя не обязательно по причине любовных переживаний. «Мы будем ругаться, — предсказывала она. — Ведь Колеватов с нами». Вечно спорящий Александр Колеватов был ядерным физиком и недавно получил престижную работу в далёкой Москве. Возможно, именно эта удача заставляла его превозноситься над университетскими друзьями. Ему, конечно, было бы сложно поссориться с Рустемом Слободином. Рустем был марафонцем — воплощение одиночного духа этого спорта. Он был настолько молчалив, что даже забыл попрощаться с семьёй, отправляясь в поход.

Николай Тибо-Бриньоль был более общительным, часто брал на себя роль наставника. В предыдущих походах он опекал менее опытных туристов, учил их разжигать костры и позволял заглянуть в его копию пикантной, но познавательной книги — «Сексуальный вопрос». Участники экспедиции были невероятно молоды, но самой юной была 20-летняя Людмила Дубинина. И хотя внешне она казалась хрупкой, внутри была сделана из стали. Во время недавнего похода её случайно подстрелили, но она сумела доползти домой и, не раздумывая, записалась в новый поход.

Все они были молоды, но в последний момент университет настоял на включении в группу старшего участника. В свои 37 лет Семён Золотарёв был значительно старше Дятлова и остальных. Много лет он служил в Советской армии, но теперь был гражданским. В этой молодой компании он казался чужаком, усатым нарушителем, который мог подорвать сплочённость группы и бросить вызов лидерству Дятлова. «Сначала никто не хотел его в группе, потому что он совершенно чужой, — писала Людмила в своём дневнике. — Но потом мы смирились. Мы не могли просто взять и отказать ему».

Так группа отправилась в путь с этим незнакомцем в составе. После поезда они пересели на автобус, затем на грузовик, а затем на запряжённые лошадьми сани. Каждый новый этап пути — мимо лагерей ГУЛАГа, заброшенных шахт и удалённых лесозаготовительных посёлков — уводил их всё дальше от цивилизации и всё ближе к Горе мёртвых. Они пообещали Уральскому политехническому институту отправить телеграмму сразу после завершения похода и достижения безопасного места. Разумеется, никакая телеграмма так и не пришла.

Когда поисковые группы достигли Холат Сяхыла, следы в снегу привели их к палатке, находившейся чуть ниже вершины. Михаил Шаравин был одним из студентов-добровольцев, отправившихся на поиски группы Дятлова. «Часть ткани торчала из снега, — вспоминал Михаил. — Но всё остальное было засыпано». Они взяли лежавший рядом ледоруб и расчистили вход. Внутри всё было аккуратно. Ботинки стояли в ряд, дрова были сложены для печки, а на тарелке лежал нарезанный бекон — высококалорийное угощение. «Бекон был нарезан, словно они собирались ужинать», — сказал Михаил. Но где же сами туристы?

Тревожило ещё одно обстоятельство — в палатке была огромная прорезь. Снаружи в снегу тянулись следы, которые затем исчезали. Судя по следам, один из группы Дятлова успел надеть только один ботинок, остальные выбежали в носках или, что ещё страшнее, босиком. При таких температурах обморожение наступает за считаные минуты. Студенты-спасатели поняли, что вряд ли найдут своих товарищей живыми.

Первые тела обнаружили под кедром на краю леса. Это были весёлый музыкант Георгий и бывший возлюбленный Зинаиды — Юрий. Они лежали в одном нижнем белье у кострища. Ствол дерева рассказывал трагическую историю: ветки, расположенные на высоте нескольких метров, были обломаны, а на коре виднелись клочья одежды и куски человеческой кожи. На телах были ожоги и многочисленные травмы. В рту у Георгия нашли кусок плоти — его собственной руки.

Вскоре нашли Игоря Дятлова — он замёрз, пытаясь добраться обратно до палатки. С ним вместе шла Зинаида. Их тела были полуголыми и покрыты синяками. Позже спасатели обнаружили, что у Рустема Слободина был проломлен череп. Четверых оставшихся искали ещё несколько месяцев. Весной охотник манси со своей собакой сделал жуткую находку — под слоем снега он увидел обрывки одежды. Это была входная часть снежного укрытия. Внутри находились последние члены группы. Николай, владелец известного пикантного руководства, получил смертельный удар по голове. У него были вдавлены фрагменты черепа в мозг. У остальных были сломаны рёбра и серьёзные внутренние травмы. Семён, бывший военный, был среди них. Там же была и Людмила, девушка, так не желавшая его присутствия в группе. Самое жуткое — у Семёна не было глаз. У Людмилы тоже отсутствовали глаза, а ещё язык. Что-то или кто-то удалил их.

Как же экспедиция Дятлова закончилась столь катастрофически? Как эта жизнерадостная, энергичная группа исследователей оказалась обнажённой, обожжённой и изувеченной в снегах? Простого объяснения не нашлось, и поэтому для некоторых россиян история Дятлова стала столь же плодородной почвой для спекуляций, как убийство Джона Кеннеди для американцев. Фактически, теории заговора вокруг этой трагедии гораздо страннее и гораздо более безумны, чем те, что окружают Кеннеди. То, как эти теории появились и размножились, весьма показательно. Это отражает конспирологическое мышление, которое становится всё более распространённым в наши дни. Такие дикие теории, как правило, процветают в периоды тревожных перемен — например, после убийств или террористических атак. Недоверие углубляется, если правительство было уличено во лжи или несостоятельности. А теории заговора могут получить дополнительный импульс от тех, кто хочет нажиться на порождаемом ими подозрении и цинизме. На этом можно заработать деньги — медийные личности, блогеры и даже подкастеры извлекают выгоду из распространения диких историй. Но, как мы увидим, иногда конспирологическое мышление используют сами политики — и не только на периферии, но и в самом центре власти. Это не просто история о гибели группы Дятлова в 1959 году. Это история о мире, в котором мы живём сегодня.

Чтобы разобраться в многочисленных теориях заговора, связанных со смертями на Горе мёртвых, давайте начнём с корня проблемы — с политики того времени. В то время как температура на Холат Сяхыл опустилась до смертельно низких значений зимой 1959 года, метафорически Советский Союз переживал оттепель. Лагеря для заключённых, которые группа Дятлова миновала по пути в горы, освобождали узников — диссидентов и иных политически неудобных граждан. При Сталине численность заключённых в ГУЛАГе росла в геометрической прогрессии. Он видел врагов повсюду и приказал арестовывать их вместе с семьями, друзьями, знакомыми, соседями. От холода, голода и пуль палачей погибли миллионы.

Но затем Сталин перенёс инсульт, три дня пролежал на диване и умер. Его железная хватка ослабла, и начался пересмотр его правления. «Сталин был очень недоверчивым человеком, патологически подозрительным», — сказал Никита Хрущёв, бывший подчинённый диктатора, теперь стремившийся занять его место. Он выступал перед высшими чинами Коммунистической партии на закрытом заседании: «Везде и во всём он видел врагов, предателей и шпионов. Если Сталин говорил, что кого-то надо арестовать, это следовало принимать на веру — он враг народа». Теперь же Хрущёв утверждал, что эта вера была ошибочной, а доказательства — подделаны. Он рисовал образ Сталина как правителя не только жестокого, но и заблуждающегося. «Сталин не хотел считаться с реальностью», — жаловался он. «Его власть не основывалась ни на каких фактах. Его не интересовали ни цифры, ни статистика. Если Сталин что-то говорил — значит, так и было».

Для нас, современных людей, лидер, верящий в заговоры, обвиняющий во всех бедах мифических врагов и измышляющий «альтернативные факты», не кажется чем-то невероятным. Но для делегатов, слушавших Хрущёва, разоблачения о сталинском правлении прозвучали как гром среди ясного неба. Некоторые присутствующие почувствовали себя плохо, другие просто сидели, сжав голову руками. Говорят, что двое делегатов ушли домой и покончили с собой. Советские граждане внезапно столкнулись с реальностью, полностью противоречащей тому, во что они верили: невиновные оказались виновными, Сталин был не защитником, а палачом, и правду можно было перекроить как угодно. Это был перевёрнутый мир, в котором ничего нельзя было воспринимать всерьёз. Мир, в котором странные смерти девяти опытных туристов просто не могли иметь простого объяснения. Или могли?

На самом деле называть Холат Сяхыл «Горой мёртвых» не совсем правильно. Манси также переводят «Холат» как «тихий» или «пустынный». Для этих охотников высота 1079 не представляла интереса — там было слишком мало дичи. Не по какой-то более зловещей причине. Но в 1959 году манси были единственными людьми, находившимися поблизости от горы, и подозрение в гибели туристов пало на них. А у них, возможно, был мотив. Сталинские репрессии не пощадили и эти полукочевые племена. Их земли были отобраны для горнодобывающей промышленности и лесозаготовок, их религиозные обряды запрещены, а детей отправляли в русскоязычные интернаты. За несколько десятилетий гордый народ, веками живший по своим законам, подвергся жестокому разрыву с прошлым.

Неужели экспедиция Дятлова стала последней каплей? Нарушили ли советские студенты священные земли или случайно стали свидетелями чего-то запрещённого? И заплатили за это жизнью? Советские следователи начали допросы местных жителей. «Многих людей здесь арестовали», — рассказывал корреспонденту BBC Валерий Анямов. Его отец участвовал в поисках в 1959 году, но вскоре оказался среди подозреваемых. «Они сказали, что секретная полиция пытала их». Их действительно допрашивали неделями, но в итоге следствие пришло к выводу, что манси непричастны. Тем временем была обнаружена новая улика, которая окончательно сняла подозрения с манси. Одежда, найденная в снежном укрытии, принадлежала другим туристам — и на ней были следы радиоактивного загрязнения.

При всём своём осмеянии сталинской мании шпионов Хрущёв не прекратил Холодную войну с Западом — напротив, при нём она только усилилась. В 1957 году запуск первого спутника напугал Америку. В Вашингтоне боялись, что если советские ракеты могут доставить спутник на орбиту, то завтра они смогут доставить туда ядерные боеголовки. Всё это разжигало гонку вооружений. А ключевым центром советских военных разработок был Урал. В закрытом городе Челябинск-40 находился завод по производству плутония для атомных бомб. Именно там работал весёлый шутник Георгий Кривонищенко. Могла ли его секретная работа иметь отношение к его смерти? Было ли радиоактивное загрязнение на одежде следствием того, что Георгий вынес с работы что-то засекреченное? Что-то, за что убивают?

Молодой советский прокурор Лев Иванов, тщательно изучавший дело загадочной гибели лыжников, до сих пор следовал всем возможным версиям. Он собрал показания свидетелей, заказал токсикологические анализы, исследовал палатку. Но вдруг он неожиданно прекратил расследование, объявив, что версия убийства больше не рассматривается. В заключении его доклада значилось: «Следует прийти к выводу, что причиной гибели туристов стало воздействие непреодолимой силы, которую они не смогли преодолеть.» На этом деле был поставлен формальный конец. Материалы расследования заперли в архиве, а собранные улики оставили пылиться в забвении. Родители погибших, заподозрив, что власти что-то скрывают, потребовали возобновить расследование. Они написали письмо Никите Хрущёву с просьбой пересмотреть дело. Но у Хрущёва были куда более важные проблемы. Через несколько лет его самого сместили с поста лидера страны, а власть перешла к новому руководству, ещё менее терпимому к недовольству. Подробности о событиях на Горе мёртвых были окончательно утаены, а любые спекуляции на этот счёт были нежелательны.

Только в 1990 году, когда Лев Иванов уже давно вышел в отставку, он раскрыл истинную причину внезапного прекращения следствия. Начальство приказало ему свернуть расследование, а затем перевело его работать в Казахстан. Неужели Иванов подошёл слишком близко к разгадке тайны той «непреодолимой силы»? У него действительно была пугающая теория, объясняющая гибель лыжников, которую он изложил в статье под названием «Загадка огненных шаров». «Мы обнаружили, что у некоторых молодых сосен на краю леса были следы ожогов.» Эти обгорелые деревья казались Иванову странными. По его предположению, они могли быть повреждены только мощным тепловым излучением. Кто-то — или что-то — направило на лыжников смертоносный луч.

Иванов решился на публикацию статьи о «Загадке огненных шаров» в 1990 году, потому что к тому моменту советская система, долгое время подавлявшая подобные дискуссии, уже практически рухнула. Когда Железный занавес начал ржаветь, секретные архивы начали раскрываться. Серьёзные историки радовались. Но любители сенсаций тоже ликовали — их воображение разжигала версия Иванова о загадочных огненных лучах. Некоторые утверждали, что те огненные шары были НЛО. Другие полагали, что это было секретное советское оружие, испытанное в горах в условиях полной секретности. Некоторые теории указывали на убийство: лыжники могли случайно стать свидетелями секретной военной операции, и их уничтожили. Другие утверждали, что среди группы были шпионы, и вся экспедиция была ликвидирована либо КГБ, либо американским ЦРУ. Если быть честным, можно сказать, что во всех этих теориях есть пробелы. Их объединяет одна идея: власти знают правду, но скрывают её. Но если бы нам удалось воссоздать последние часы экспедиции? В каком-то смысле, это возможно.

У туристов были камеры. В 2009 году исследователи получили доступ к плёнкам, которые они отсняли. На чёрно-белых снимках можно увидеть улыбающегося Семёна Золотарёва, веселящегося Георгия Кривонищенко, сияющую Людмилу Дубинину. Снимок за снимком… Но на одном кадре — нечто странное. Неясная, размытая фигура на заднем плане. Она кажется слишком высокой и массивной, чтобы быть кем-то из лыжников. Кто это? Возможно, на фото случайно запечатлён их убийца?

Партия Дятлова заполнила 17 рулонов фотоплёнки. На снимках — кадры лыжных спусков, дружеские групповые портреты, на которых молодые люди радостно позируют перед камерой. Но на плёнке, принадлежащей Николаю Тибо-Бриньолю, есть нечто странное. Большая часть его кадров скучна: просто снег и деревья. На 13-м кадре — автопортрет: Николай стоит по пояс в снегу, корчится в шутливой позе. Снимок не слишком удачно скомпонован. 14-й кадр не намного лучше. Но на следующем кадре Николай уже в центре снимка, шутливо жуя снежный ком. На 16-м он стоит во весь рост. А затем — последний кадр на плёнке. Фон не в фокусе. Нижние ветки деревьев согнуты под тяжестью снега. Всё остальное — белое пятно. Но вдалеке, из-за сосны, торчит нечто чёрное, сгорбленное, почти нечеловеческое. «Йети живёт на Урале», — написал один из членов экспедиции вскоре после того, как был сделан этот снимок. Йети?

Если бы в лагерь действительно явился огромный, восьмифутовый зверь с клыками и когтями, это могло бы объяснить, почему лыжники выбежали из палатки в панике, почти без одежды. А если оно их догнало, такие раны — проломленные черепа, раздробленные рёбра, вырванные языки — были бы логичным следствием.

В 2013 году известный американский исследователь Майк Лебецки отправился по маршруту группы Дятлова в надежде раскрыть тайну. «Я знаю: если бы я пропал без вести, я бы хотел, чтобы моя семья узнала, что со мной случилось», — сказал он. Лебецки снимал документальный фильм для Discovery Channel. Базовая гипотеза была проста: группу Дятлова убил снежный человек. Исследователь бродил по Холат Сяхыл в ночной темноте. «Я действительно слышал что-то странное», — рассказывал он. — «Я считаю, что существование Йети возможно.» Фильм Discovery Channel делал упор на неясное, размытое изображение тёмной фигуры на последнем кадре. «Когда я увидел это фото, всё встало на свои места. Это было то самое: бац!», — говорил Лебецки. «Я не могу сказать, какого оно роста, но, возможно, восемь футов!» Любой, кто не пытается растянуть документальный фильм на 90 минут, посмотрит на снимок и скажет: это просто человек. Скорее всего, на кадре изображён сам Николай, экспериментировавший с автоспуском камеры. А надпись «Йети живёт на Урале» была частью шуточной газеты, которую группа делала для поднятия настроения. Там же была новость о рекорде двух туристов по разжиганию костра: «1 час, 2 минуты, 27,4 секунды.» Йети не убивал лыжников. Так же, как их не убивали лучи смерти или инопланетяне.

Но чтобы понять, почему гибель группы Дятлова стала объектом стольких диких теорий заговора, стоит задуматься о том, как само понятие правды оказалось погребённым под слоями дезинформации в России. Хрущёв заставил советских граждан открыть глаза на реальность сталинского правления — жестокого и параноидального. Но после Хрущёва пришёл Леонид Брежнев. Хотя он не был таким кровавым, как Сталин, Брежнев также предпочитал репрессии и секретность. При нём советских граждан продолжали убеждать, что они живут в величайшей коммунистической системе, в то время как она стремительно рушилась у них на глазах. Если власти готовы столь нагло лгать даже о нехватке еды в магазинах, что ещё они скрывают? Когда Советский Союз наконец рухнул, возникла новая угроза объективной реальности — на этот раз в лице Владимира Путина. Одна из характерных черт 25-летнего правления Путина — его новый подход к пропаганде. На протяжении десятилетий пропагандисты пытались манипулировать правдой, чтобы убедить людей в выгодной им версии событий, фабриковали ложь, чтобы внушить доверие к официальному нарративу. Но при Путине пропаганда приобрела другую цель — не заставить людей верить в одну конкретную версию событий, а убедить их в том, что объективной правды не существует вообще. Исследователи называют эту модель современной российской пропаганды «огненным шлангом лжи». Этот метод заключается в том, чтобы выбрасывать в пространство столько частично ложных, искажённых или полностью вымышленных историй, что никто уже не может разобраться, где правда. Этот поток дезинформации распространяется через государственные заявления, телевизионные передачи, статьи в интернете, твиты, видео, посты, комментарии, написанные ботами. Он атакует каждую актуальную тему — от войны и выборов до вакцин и пандемий. Этот огненный шланг лжи бесконечен, хаотичен и противоречив. Но он эффективен. Он воздействует на эмоции. Он делает информацию более увлекательной. Он привлекает внимание. Эволюция сформировала наш мозг так, чтобы он реагировал на потенциальные угрозы. Именно поэтому мы легко попадаем в ловушку конспирологических историй о таинственных врагах. Но главная цель этой стратегии — не заставить нас поверить в конкретный заговор. Цель — сделать так, чтобы мы больше не верили никому. Если никто не заслуживает доверия — ни чиновники, ни эксперты, ни журналисты, ни даже простые люди вокруг нас — то, возможно, есть смысл верить в то, что экспедицию Дятлова убило секретное оружие, НЛО или даже снежный человек?

Разгадка тайны перевала Дятлова

Разобраться в этой загадке — огромная задача. Швейцарские исследователи, опубликовавшие в 2021 году статью в журнале Nature, написали следующее: «Разгадка тайны перевала Дятлова — задача столь сложная, что выходит за рамки этой работы.» Но у них была одна важная идея. Их область исследований — лавины. Гипотеза о том, что экспедиция погибла из-за лавины, долгое время отвергалась. Склон, на котором они установили палатку, был слишком пологим. Манси говорили, что здесь никогда не было снежных обвалов. Но анализ данных привёл швейцарцев Йохана Гома и Александра Пузрина к другому выводу: группа Дятлова действительно могла спровоцировать плиточную лавину.

Во-первых, Дятлов, возможно, из-за сильного ветра ушёл чуть выше запланированного маршрута. Он оказался на склоне, который теоретически мог представлять опасность обрушения снега. Во-вторых, чтобы сделать площадку для палатки ровной и защитить её от ветра, группа выкопала небольшую нишу в снегу. Они нарушили устойчивость снежного слоя. Тем временем с горы дул сильный ветер, накапливая на обрушившийся слой новый снег. И, наконец, снежная плита сорвалась. Лавина могла быть небольшой, но даже такой массы снега было достаточно, чтобы травмировать людей внутри палатки и вынудить их немедленно эвакуироваться, опасаясь второго, более сильного обрушения. Они разрезали палатку изнутри и бросились вниз по склону. Паника. Мороз. Ветер. Голые, дезориентированные, в шоке, они пытались развести костёр, но обморожение наступило слишком быстро. Первые жертвы замёрзли, обгорев от близости к огню. Трое решили вернуться к палатке, но замёрзли по пути. Оставшиеся четверо попытались выкопать убежище в снегу. Но выбрали ужасное место. Они копали над руслом ручья. Толстый слой снега обвалился и придавил их. Огромная масса льда раздавила их кости. Разлагающиеся тела стали легкой добычей для животных, которые повредили мягкие ткани. Так Людмила Дубинина и Семён Золотарёв лишились глаз и языка.

Что касается радиации, обнаруженной на одежде? В 1959 году власти не афишировали, что в Уральском регионе были многочисленные радиоактивные аварии. Георгий Кривонищенко работал на Челябинск-40 — советский ядерный объект. Возможно, его одежда была заражена после утечки радиации на заводе. Это объяснение кажется логичным. Оно печальное, потому что всё можно было предотвратить. Если бы Дятлов не ушёл с запланированного маршрута, лавины бы не случилось. А если бы они не бежали из палатки в панике, возможно, они бы пережили и её. Они поступили идеально в плане защиты от лавины. Но затем допустили роковую ошибку. Дятлов понял это. Но не успел добраться до палатки.

Сегодня Перевал Дятлова стал местом паломничества. Тропа, по которой они шли, теперь называется Перевал Дятлова. Память о погибших хранит Фонд Дятлова, основанный их родственниками и друзьями. Но сам Фонд не принимает версию лавины. Они убеждены: группа погибла от секретного оружия. И можно их понять. Советский Союз скрывал куда более страшные тайны. А швейцарские исследователи что знают о снегопадах в Уральских горах 60 лет назад? Ведь ничто никогда не бывает таким простым… Или всё же бывает?

‌На протяжении долгих столетий манускрипт Войнича представлял собой загадку для многих пытливых умов. Документ на неизвестном языке с загадочным алфавитом десятилетиями вызывал дебаты. Наконец недавно ученые Киган Брюэр и Мишель Льюис заявили, что приоткрыли завесу тайны.

Манускрипт Войнича, названный так по имени обнаружившего его польского антиквара, является иллюстрированным 240-страничным документом, разделенным на шесть частей. Трактат содержит странные узоры, изображения растений, обнаженных женщин и мифических существ.

Химические анализы выявили, что при написании манускрипта применялись так называемые дубовые желчные чернила, типичные для средневековой эпохи. Радиоуглеродный метод позволил датировать документ периодом 1404–1438 гг.

Детали изображений указывают на южно-германское либо северно-итальянское происхождение. Особый интерес вызывают изображения обнаженных женщин, находящихся в воде: ученые, предположили, что, вероятно, это указывает на тему женского здоровья.

Исследовав творчество известного в средневековой Баварии лекаря Йоханнеса Хартлиба, Брюэр и Льюис предположили, что именно его знания и практика могли вдохновить автора манускрипта.

Читать в источнике

В Калининградской области ищут валун с таинственными надписями. За находку камня или каких-либо сведений о нём обещают щедрое вознаграждение — до 100 тысяч рублей. Об этом «Клопс» рассказал архитектор Олег Ли — один из тех, кто занимается поисками.

Известно, что на валуне была надпись «A.R.E.L.Q.MI.MI.III.», находился он в лесу вблизи усадьбы Грюнхофф — теперь это посёлок Рощино Зеленоградского района. Фото не сохранились, а в немецких архивах удалось добыть лишь схематичный рисунок. В 1938 году некий Хайльгерманн направил письмо в Кёнигсбергский институт краеведения, пытаясь разгадать буквенный шифр.

«В начале местной липовой аллеи находится весьма большой камень. <…> Я предполагаю, что этот камень был установлен, когда был основан Грюнхофф, и что его первые две строки можно интерпретировать следующим образом: «Округ, его размер зафиксирован в книге». Тем самым, возможно, имеется в виду «большой договор аренды», в котором упоминается Грюнхофф в 1437 году», — пишет автор запроса.

В ответ Хайльгерманну сообщили, что необходим снимок. Чем закончилась переписка, неизвестно.

«Мы бы дали ещё какие-то наводки, подсказки. Но проблема в том, что у нас их просто больше нет», — рассказал Олег Ли.

До сих пор остаётся загадкой значение, историческое или современное местонахождение валуна, время его появления и пропажи. Возможно, стоит на прежнем месте, но перевёрнутый. По словам Олега Ли, в советские годы камень, вероятно, ещё оставался вблизи Рощино. Во время Второй мировой войны боёв в той части региона не было, валун мог уцелеть.

«Скорее всего, всё-таки это лес Гальвальд, там достаточно много камней. Есть предположения, что он ещё там: ну, кто будет камень уволакивать, на котором только буквы? Однако на него могло какое-нибудь дерево упасть, или его могли уронить во время расчистки какого-нибудь проезда, завалили набок. А, может, у кого-то лежит на даче: пусть человек предоставит доступ, мы готовы заплатить», — говорит собеседник «Клопс».

Интерес к артефакту проявил некий меценат, «который настоятельно просит остаться неизвестным». «Он не хочет никакой публичности, но могу сказать, что человек сделал многое для культурного наследия региона», — пояснил Ли.

Читать в источнике