СВО

В Орске Оренбургской области бывший руководитель местного отделения «Юнармии», 65-летний ветеран Афганистана Абдрахман Сагритдинов, оказался фигурантом уголовного дела о предполагаемых сексуализированных домогательствах к несовершеннолетним воспитанницам.

Как выяснила «Вёрстка», бывшие участницы военно-патриотического движения рассказали о непристойных высказываниях, нежелательных прикосновениях и унижениях со стороны руководителя. По информации источника издания, знакомого с ходом следствия, уголовное дело было возбуждено в октябре 2025 года. Предполагаемые нарушения происходили с февраля 2021-го по март 2024 года и затронули как минимум двух девочек 2007 и 2010 годов рождения.

Непристойные шутки, прикосновения и жалобы воспитанниц

По словам бывших юнармеек, Сагритдинов позволял себе двусмысленные замечания, мог трогать девочек под предлогом поправления формы и публично унижать воспитанниц. Одна из девушек рассказала следователям, что руководитель попытался обнять ее сзади, прижался к ней, а после сопротивления ударил форменным ботинком по ягодицам. Другие свидетели также описали эпизоды нежелательного физического контакта и неподобающих разговоров. В сентябре 2025 года общественница Ирина Панаистова публично потребовала проверить деятельность руководителя, заявив о предполагаемых домогательствах и употреблении алкоголя в штабе организации. Сам Сагритдинов назвал обвинения клеветой.

«Я в шоке»: обвиняемый отвергает претензии

После возбуждения дела Сагритдинов обратился к бывшим воспитанникам, выразив возмущение предъявленными ему обвинениями. «Вам не терпится отправить меня в тюрьму за то, что я в своё личное время создал курсы и отдавал вам свои знания, чтобы научить вас спасать себя?» — написал он. Руководитель также сообщил, что находится на войне в Украине, и связал это с прозвучавшими обвинениями: «Из за ваших слов и измышлений, я на СВО. В 65 лет. Классно да??» Защита настаивает, что его действия не имели сексуализированного подтекста. По данным источника «Вёрстки», на время следствия обвиняемому назначили два месяца ареста. Окончательного судебного решения о виновности в представленном материале нет.

Подозрения в отношении других наставников

По словам бывшей воспитанницы Ольги, штаб орской «Юнармии» закрылся примерно год назад, а централизованные занятия прекратились. Однако некоторые подростки продолжают посещать огневую подготовку в подвальном помещении ДОСААФ, где занятия ведет 76-летний Пётр Дик. Ранее воспитанницы рассказывали и о его предполагаемом неподобающем внимании к девочкам, однако «Вёрстка» не располагает сведениями о предъявлении ему обвинений. В расследовании также упоминаются жалобы на алкоголь, курение и нецензурную лексику в присутствии детей.

Почему подобные случаи редко становятся публичными

Психолог Олеся Патратий считает, что закрытая структура военизированных организаций и строгая иерархия могут создавать условия для злоупотребления властью над несовершеннолетними. «Такое, к сожалению, не уникально, насилие над детьми — эпидемия, особенно в закрытых учреждениях с чётко выраженной иерархией», — рассказала она «Вёрстке». Эксперт подчеркнула, что подобные случаи редко становятся известны общественности. Издание напомнило о скандале 2019 года, когда руководителя магаданского отделения «Юнармии» Павла Подпорина уволили после обвинений в домогательствах к 17-летней школьнице. Еще 11 подростков пожаловались на неподобающее поведение и грубость, однако Следственный комитет отказался возбуждать уголовное дело.

Ключевые обстоятельства расследования

• Фигурант: Абдрахман Сагритдинов, 65 лет, бывший руководитель орского отделения «Юнармии».
• Предполагаемые потерпевшие: как минимум две несовершеннолетние воспитанницы.
• Период предполагаемых нарушений: февраль 2021 — март 2024 года.
• Возбуждение дела: октябрь 2025 года, по информации источника «Вёрстки».
• Позиция обвиняемого: отрицает сексуализированный характер своих действий.
• Мера пресечения: два месяца ареста, согласно сведениям издания.
• Состояние организации: местный штаб закрыт, отдельные занятия продолжаются на базе ДОСААФ.

Масштабный анализ данных показал, что каждый десятый российский военнослужащий, погибший в ходе конфликта в Украине, оставлял после себя невыплаченные кредиты, штрафы или иные финансовые взыскания.

Как подсчитали журналисты издания «Важные истории», в общей сложности погибшие задолжали государству, банкам и частным лицам более 3,5 миллиардов рублей. База Федеральной службы судебных приставов (ФССП) содержит записи как минимум о 17 тысячах таких должников, медианный долг которых составляет около 55 тысяч рублей, что немногим меньше среднемесячной зарплаты в стране.

Портрет фронтового должника

Финансовое бремя распределено крайне неравномерно: почти половина всей суммы долгов (44%) приходится лишь на 4% должников, чьи обязательства превышают миллион рублей. В реестр приставов люди попадали по множеству различных причин:

• Банковские кредиты: самая частая категория, охватывающая более половины всех случаев (свыше 1,25 млрд рублей).
• Уголовные и административные взыскания: штрафы и иски от незаконной вырубки леса до компенсаций за грабежи.
• Моральный вред и алименты: долги, которые, в отличие от кредитных, продолжают взыскиваться даже во время несения контрактной службы.
• Мошенничество и бизнес-долги: последствия банкротств, финансовых пирамид и корпоративных конфликтов.

От банкротов до рекордсменов

Среди погибших встречаются люди с совершенно разными судьбами. Например, долг командира добровольческого батальона Ивана Крутикова достиг 18,8 млн рублей из-за предательства бизнес-партнера. Прощаясь с ним, депутат Курской облдумы Дмитрий Гулиев написал в соцсетях: «Иван Крутиков был гордостью Курской области, настоящим героем, бесстрашным воином. Я горжусь тем, что был рядом с ним в этот момент. Быть воином — жить вечно. Спасибо за службу и за Суджу, командир». Совершенно иная история у Максима Пирулина с рекордным долгом в 49 млн рублей за незаконную вырубку дубов или Дениса Синицына, задолжавшего 5 млн рублей в качестве компенсации морального вреда за изнасилование и убийство.

Экономика принуждения и наследование долгов

Многие отправлялись на фронт прямо из исправительных колоний или под давлением тяжелых финансовых обстоятельств. Вспоминая путь спецназовца ГРУ Ивана Кравцова, задолжавшего 7 млн рублей, его родственница поделилась подробностями вербовки: «Он служил по контракту срочную службу, и когда случилось СВО, долго думал, идти ему или нет. А потом он узнал, что там есть его ребята. И когда случилась мобилизация, ему позвонили, предложили подъехать в военкомат. Там ему сказали: “Хочешь — можешь [подписать] контракт, хочешь — мобилизацию. Ну подумай сам”. Он решил, что подпишет контракт».

Эксперты сходятся во мнении, что финансовая уязвимость стала мощным стимулом для отправки в зону боевых действий. Оценивая влияние долговой нагрузки, политолог Маргарита Завадская подчеркивает: «Эти данные [ФССП] позволяют выдвинуть гипотезу не столько о том, что долги порождают желание воевать, сколько о механизме экономического принуждения: для человека с высокой долговой нагрузкой резко увеличивается ценность выплаты за контракт. Это согласуется и с исследованиями социально-экономического профиля российских военнослужащих. Но доказать причинную связь именно на основании реестра приставов нельзя». Примечательно, что гибель бойца не является гарантией списания долгов — значительная часть обязательств переходит к наследникам, а тысячи исполнительных производств были открыты приставами уже после смерти военнослужащих.

В России стремительно растет число случаев, когда злоумышленники выдают себя за участников «СВО», используя вымышленный военный статус для циничного обмана граждан, вымогательства денег и незаконного получения государственных льгот.

Как выяснило издание «Вёрстка», аферисты поставили на поток манипуляции с темой боевых действий: они беспрепятственно приобретают форму, подделывают документы и придумывают себе фальшивые фронтовые биографии. Масштабы проблемы огромны — от локального брачного мошенничества и сборов псевдогуманитарной помощи на улицах до прямого обмана действующих военнослужащих и хищения бюджетных миллионов.

Одной из самых распространенных схем стал обман женщин на сайтах знакомств и в мессенджерах. Москвичка Виктория Еремеева почти год поддерживала контакт со своим знакомым Ильей Кухтовым, который якобы ушел на фронт добровольцем. Мужчина имитировал звонки с передовой, а затем его «командир» написал девушке, что Илья не вернулся с задания. «Мы доверительно друг к другу относились, дружили долгое время. Он проявлял очень много симпатии в мою сторону. Даже татуировку набил слева на груди с моей фотографией», — рассказывает Виктория. Позже выяснилось, что мужчина всё это время находился в тюрьме, а его «боевые выходы» совпадали с длительными свиданиями с законной женой.

Похожую двойную жизнь вел брачный аферист Владимир Сбитнев (известный в сети под псевдонимом Манштейн), ранее со скандалом изгнанный из шоу «Давай поженимся». В профильных чатах он выдавал себя за героического лейтенанта-штурмовика, хотя на деле, по словам очевидцев, отсиживался дома в Подмосковье, избежав отправки в войска благодаря связям матери в администрации города Клин.

Индустрия фальшивых наград и уличные сборы

Аферисты без труда приобретают военную атрибутику благодаря абсолютно бесконтрольному рынку сувенирной продукции. На интернет-площадках и на улицах городов журналистское расследование выявило следующие вопиющие факты:

• На маркетплейсе «Вайлдберриз» размещены тысячи объявлений о продаже реплик наград, где средний чек составил 545 рублей, а общий оборот в этой категории превысил 186 млн рублей всего за три месяца.
• Компании-подрядчики госорганов, такие как «Фабрика наград», легально производят копии госнаград оптом и в розницу, цинично обещая покупателям: «По 100 штук возьмете, лежать не будут — это гарантирую».
• На улицах орудуют группы псевдоволонтеров (как, например, воронежская «Родина-мать»), собирающие наличные в ящики.
• Некоторые лжеветераны идут на прямой обман силовиков: житель Воронежской области Алексей Аксенов явился на прием к зампрокурора в генеральской форме с купленной «Золотой Звездой» Героя России, отделавшись штрафом всего в тысячу рублей.
• Виртуальные мошенники, как 21-летний Иван Молчанов, выманивают деньги, отправляя жертвам скачанные из интернета видео с чужой раненой ногой и требуя от имени выдуманного командира переводы на срочное переливание крови.

Обман военнослужащих и кража бюджетных миллионов

Жертвами ряженых героев регулярно становятся не только доверчивые гражданские, но и реальные бойцы и их семьи. В Хабаровске мошенник Дмитрий Казанин переоделся в форму военной полиции и выманил 407 тысяч рублей у настоящего контрактника, пообещав за взятку договориться с командованием о продлении отпуска. В Саратовской области аферисты Александр Дьяченко и «Ислам» вымогали 25 тысяч рублей у матери военнослужащего, угрожая, что ее сына «отвезут назад в зону СВО, где посадят в яму». В Московской области была осуждена целая группа псевдоюристов во главе с экс-бойцом ЧВК «Вагнер» Алексеем Хайдуковым, которые брали деньги за обещания вернуть мобилизованных домой.

Самые амбициозные мошенники пытаются похищать деньги напрямую у государства. Житель Мордовии Виктор Тюрев заказал через «Авито» поддельные справки о ранениях ради выплат на 450 тысяч рублей, но был изобличен бдительной сотрудницей соцзащиты. Куда успешнее действовал инженер пункта отбора в Ханты-Мансийске Николай Мотошин, который, не покидая кабинета, незаконно получил 2,2 миллиона рублей боевых выплат (позже суд постановил их взыскать). Но самым беспрецедентным стал случай неоднократно судимого якутянина Виктора Татарова. Он убедил чиновников родного улуса, что является генералом и Героем России. После разоблачения прессой он скрылся, затем всплыл в Крыму под вымышленным именем Рагнар Йольг фон Гейдрих (в честь нацистского функционера), и, по данным источников, умер осенью 2025 года в военном госпитале.

Более трех миллиардов рублей из государственного бюджета и связанных с властью структур заработали всего за один год 63 ведущих российских пропагандиста, военных корреспондента и медиаменеджера.

Как выяснило независимое издание «Вёрстка» в расследовательском спецпроекте «Бюджетники» на основе утекших зарплатных реестров проекта Manticore и закрытых выписок, доходы участников государственной информационной машины подчинены строгой иерархии: финансовые потоки концентрируются вокруг лиц, близких к Кремлю, тогда как работающие на передовой репортеры получают наименьшую долю финансирования. На фоне усталости общества от пятого года боевых действий, инфляции и падения рейтингов власти именно эти медиаперсоны обеспечивают информационное прикрытие государственной повестки.

Медиаменеджеры и бенефициары: закрытые миллиарды, бонусы и компании-прокладки

Более половины совокупного зарплатного фонда приходится на руководящий состав государственных холдингов, чей доход складывается из многомиллионных разовых премий. Список возглавляет президент «Национальной медиа группы» Кирилл Ковальчук с годовым доходом 628 млн рублей (из них 443 млн составила разовая январская премия от НМГ и 33 млн — от «АБР Менеджмент»). За ним следуют глава «Газпром-медиа» Александр Жаров, заработавший свыше 468 млн рублей (включая зимние выплаты на 339 млн рублей и пассивный доход по вкладам в 100 млн), и гендиректор НМГ Светлана Баланова с доходом более 400 млн рублей. Доходы руководителей конвертируются в элитные активы: семья Жарова владеет поместьем в поселке «Павлово» за 300 млн рублей, апартаментами в петербургском «Императорском яхтъ-клубе» стоимостью свыше миллиарда рублей и электрокаром Porsche Taycan. Глава «Первого канала» Константин Эрнст при официальном окладе в 850 тысяч рублей регулярно получает транши по 15 млн от «Национального рекламного альянса», доведя ежемесячный доход до 5 млн рублей; ему также принадлежит пентхаус за 1 млрд рублей в Шведском тупике. Для скрытых выплат гонораров телеведущим «Первый канал» использует непубличную компанию ООО «Телепрофиль» с годовой выручкой 2,38 млрд рублей, через которую деньги получают политолог Дмитрий Суслов (до 2,6 млн в месяц) и депутат Госдумы Мария Бутина.

Элитный патриотизм: виллы в Европе, люксовые туры и депозиты телеведущих

Телевизионные ведущие аккумулируют около четверти всех средств, демонстрируя резкий контраст между публичной риторикой и частной жизнью. Режиссер и ведущий «Бесогона» Никита Михалков заработал за год 270 млн рублей, получая от студии «ТРИТЭ» ежемесячно до 43,6 млн рублей дивидендов, а проценты по его банковским вкладам на сумму более 2,5 млрд рублей приносят дополнительные 515 млн рублей ежегодно. Экс-гражданин США Дмитрий Саймс получает на «Первом канале» около 8 млн рублей в месяц (97,3 млн в год; всего 291 млн с 2022 по 2026 год), проживая в 200-метровой квартире на Сретенском бульваре, пока его жена Анастасия обвиняется в закупке антиквариата и серебра Tiffany на $220 000 для обхода санкций. Артём Шейнин («Время покажет») зарабатывает 5,6 млн рублей в месяц, накопив на счетах более 230 млн рублей. Ведущая Екатерина Андреева с официальным доходом 14 млн рублей в год свободно перемещается по миру благодаря гражданствам Черногории и Гондураса, останавливается на семейной вилле за 10 млн евро и участвует в закрытых турах туроператора LOTI по Африке стоимостью до 9 млн рублей на бизнес-джете Boeing 757, а ее коллега Анатолий Кузичев тратит на юбилейный отпуск на Мальдивах до 2,5 млн рублей при годовой зарплате в 2 млн.

Иерархия заработков: от Z-блогеров до окопных репортеров

Сравнительный анализ данных вскрывает колоссальный разрыв в оплате труда между тыловыми авторами и корреспондентами в зоне боевых действий:

• Тыловые Z-блогеры: Зарабатывают в 2–3 раза больше полевых журналистов. Автор канала Colonelcassad Борис Рожин получает около 2,6 млн рублей в месяц (в основном от ООО «Телепрофиль»), а создатель WarGonzo Семён Пегов — свыше 2,5 млн рублей ежемесячно, при этом выручка его компании ООО «Варгонзо» в 2025 году достигла 65 млн рублей. Для минимизации налогов до 6% пропагандисты массово используют схему ИП (индивидуальный предприниматель) — так, экс-чиновник Даниил Безсонов после перехода на ИП сократил официальные выплаты физлицу с 10 млн до 3 млн рублей.
• Фронтовые военкоры: Получают лишь 6% от общей суммы выплат. Оклады штатных репортеров на передовой составляют от 250 до 530 тысяч рублей в месяц: Григорий Вдовин («Россия») зарабатывает 435 тысяч, Ирина Куксенкова («Первый канал») — 526 тысяч рублей. При этом проект Куксенковой в ОНФ освоил более 100 млн рублей президентских грантов, а ее карьерный взлет расследователи связывают с негласными отношениями с первым замглавы ГРУ Владимиром Алексеевым.
• Медийные фавориты: Исключение составляют единичные доверенные лица президента России. Евгений Поддубный (ВГТРК/RT) зарабатывает около 1 млн рублей в месяц (11 млн в год) и баллотируется в Госдуму от «Единой России», владея при этом задекларированными акциями западных гигантов Apple, Intel и Procter & Gamble.

Семейный господряд и миллионы Маргариты Симоньян

Отдельное место в исследовании занимает главный редактор RT Маргарита Симоньян, чей официальный доход как физического лица от RT и МИА «Россия сегодня» превышает 37 млн рублей в год (около 3 млн рублей ежемесячно без учета непубличных поступлений на ИП). Основной массив богатства семьи формировался за счет масштабных околобюджетных пиар-контрактов совместно с ее супругом Тиграном Кеосаяном: через сеть подконтрольных структур пара получила свыше 700 млн рублей на проектах для госструктур и госкорпораций, освоила почти половину из 100-миллионного гранта Фонда кино на фильм «Крымский мост», а также вывела на личные счета 365 млн рублей из столичной программы «Мой район». Заработок на шоу «Международная пилорама» на НТВ приносил Симоньян 77 млн рублей в год как худруку, а ее мужу-ведущему — 74 млн рублей. Эти доходы были вложены в элитную недвижимость, включая два особняка в подмосковном поселке «Княжье озеро» и виллу площадью 1000 кв. метров в Сочи с лифтом, прудом и десятью гардеробными комнатами.

Позиция участников и редакционная лояльность

Сами создатели контента открыто признают ангажированность своей работы. В телевизионном эфире военкор Григорий Вдовин прямо заявил: «Журналист, освещающий военный конфликт, в котором участвует его армия, его страна, его люди, безусловно выбирает для себя сторону, на которой он воюет… Касаемо СВО мы все свой выбор сделали, оценки дали, зафиксировали добро и зло». В свою очередь, генеральный директор «Первого канала» Константин Эрнст подчеркнул принципиальную невозможность независимости государственного вещания: «Было бы странно, если бы канал, принадлежащий государству, выражал антиправительственную точку зрения».

Массовое нарушение больничного режима стало одной из главных причин досрочной выписки раненых российских военнослужащих из реабилитационных медучреждений.

Журналистское расследование, которое опубликовало издание «Вёрстка», подробно описывает повседневную жизнь в Госпитале ветеранов войн № 2 (ГВВ № 2) в Москве и других крупных профильных больницах. На 1200 коек московского учреждения приходится около тысячи вернувшихся с фронта солдат с ампутациями, тяжелыми травмами позвоночника и выгоранием, многие из которых проводят в палатах месяцы или годы. Персонал регулярно фиксирует пронос спиртного, употребление синтетических наркотиков, потасовки и вызовы секс-работниц прямо в палаты. Молодая санитарка Ульяна Серова, комментируя уничтожение алкогольной контрабанды, призналась: «Я выливала это пиво, плакала. И пацана жалко».

Контрабанда, бытовой хаос и реакция персонала

Проблема носит системный характер: доступ на территорию относительно свободен, а пациенты ищут способы справиться с фантомными болями, психологическими травмами и скукой. Алкоголь и психоактивные вещества — от пива и коньяка до «Лирики» и «альфы» — проносят курьеры коммерческих доставок за крупную наценку или родственники под одеждой. В палатах оказываются как 18-летние вчерашние школьники вроде москвича Рината, так и бывшие заключенные с большими сроками. Экс-боец ЧВК «Вагнер» Стас, попавший в ГВВ № 2 в качестве 13-го по счету госпиталя, столкнулся с дефицитом элементарного комфорта: один холодильник на 60 человек и нехватка питьевой воды. При этом администрация закрывает глаза на вызовы сторонних служб и ограничение допуска волонтеров. Одна из сотрудниц больницы прямо заявила: «Приезжают в госпиталь, и ребятам просто сносит голову, потому что в здесь есть послабление — можно выходить за пределы корпуса. И, естественно, каким-то волшебным образом у них вся запрещёнка [появляется]».

Систематические нарушения дисциплины приводят к тяжелым последствиям для работы больниц:

• Досрочные выписки до завершения лечения: солдаты теряют право на бесплатную реабилитацию и разработку суставов до проведения необходимых операций.
• Вызовы силовиков и психиатрических бригад: когда штатная охрана не справляется с дезориентированными или агрессивными пациентами, врачи вызывают спецбригады «Алексеевской» или военную полицию.
• Ограничение гуманитарной помощи: администрация блокирует допуск волонтёров из опасений, что под видом медикаментов и продуктов в палаты попадут наркотические средства.
• Опасность реального рецидива и передозировок: смешивание тяжелых медицинских обезболивающих, спиртного и запрещенных веществ приводит к опасным для жизни состояниям прямо в палатах.

Судьбы нарушителей: от возвращения домой до отправки на фронт

Дальнейшая судьба военнослужащих, досрочно выписанных за «нарушение режима», зависит от полученной ими категории годности и наличия ампутаций. Ветеран Олег из Архангельской области, проведший в госпитале полтора года после подрыва на мине, признался: «Виски выпил. Сразу говорю дежурному врачу: „Берите кровь и выписывайте меня. Я устал уже. Всё“. И поехал домой». Бойцы с ампутированными конечностями и оформленной категорией «Д» отправляются домой к родственникам. Однако раненые, еще не прошедшие военно-врачебную комиссию и сохранившие конечности, после нарушения режима немедленно направляются в военную комендатуру и полки выздоравливающих, откуда их могут снова отправить на передовую.

Пока тяжелораненые бойцы — такие как 4 года прикованный к коляске Никита с весом в 38 кг — ждут неделями своей очереди на тренажеры, дисциплинарный хаос только усиливается. Бывший вагнеровец Стас объясняет логику руководства медучреждений следующим образом: «Руководствуются ещё таким моментом: алкоголь себе купить в состоянии? Проститутку, девочку, вызвать в состоянии? Значит, и медикаменты себе купишь». В результате военные госпитали превращаются из мест восстановления в сложные транзитные узлы, где глубокий ПТСР, доступность контрабанды и деградация больничной дисциплины приводят к серьезным социальным последствиям.

Независимое издание «Медиазона» рассказывает резонансную историю 51-летнего жителя города Сурска Пензенской области Владимира Подковыркина, заявляющего о насильственной и обманной отправке на военную службу.

По словам мужчины, инцидент произошел 24 ноября 2025 года, когда его на улице остановили местный участковый и сотрудник военкомата. Под предлогом необходимости поставить якобы отсутствующий штамп в паспорте грузчика доставили в пункт отбора в Пензе, где у него сразу изъяли личные вещи и документы. Как вспоминает пострадавший, агрессивный сотрудник учреждения силы не применял, но настойчиво требовал подписи на пустых бланках, уверяя, что речь идет лишь о цифровом воинском учете, однако сразу после подписания заявил: «Поздравляю, поедешь на СВО. Иди во двор».

Хроника принудительной мобилизации и отправки на передовую

Подковыркин оказался во дворе вместе с еще 20 мужчинами, многих из которых точно так же забрали с улицы без документов, оформив им новые бумаги за полчаса. Попытки заступиться за себя жестко пресекались: когда один из задержанных попытался набрать родственников и военную прокуратуру с тайно пронесенного телефона, выбежавшие военные избили его и уничтожили аппарат. В тот же вечер мужчин на машинах увезли в Ростовскую область, не выдавая в пути еду и воду, а при выдаче личных дел Подковыркин обнаружил фальсифицированные данные о якобы пройденной им медкомиссии.

Ключевые этапы пребывания Владимира Подковыркина на службе:

• Конец ноября 2025 года: Доставка в Ростовскую область и отправка в лесной лагерь на двухнедельную подготовку, где оружие выдали человеку, никогда не державшему его в руках.
• Декабрь 2025 года: Отправка рапортов замполиту с жалобами на незаконный призыв, которые остались без ответа.
• Конец декабря 2025 года: Направление в штурмовую группу в ДНР под Новый год.
• Январь 2026 года: Получение ранения и потеря напарника.

Штурм, ранение и выживание в камышах

После полутора недель нахождения на передовой без подвоза воды штурмовая группа понесла потери. Владимир Подковыркин описывает условия на фронте и полученное ранение следующим образом: «…меня в ногу ранило. В итоге осколочное ранение, перебитые пальцы. В госпитале полтора месяца пролежал, до сих пор хромаю». Напарник Владимира вскоре погиб от удара дрона, а сам раненый боец еще три дня в одиночку укрывался в камышах, растапливая снег вместо питьевой воды, пока не получил приказ отходить.

Бюрократический тупик и позиция Следственного комитета

Вернувшись в Сурск после полутора месяцев в госпиталях, Подковыркин столкнулся с резким ухудшением здоровья и развитием ишемической болезни сердца. Однако в Кузнецкой городской больнице в госпитализации ему отказали. Мужчина объясняет это предвзятым отношением к ветеранам: «Потому что я «свошник»». Поликлиника в Городище позже выдала направление в Пензенский кардиоцентр, но и там возникли сложности с приемом.

Попытки добиться справедливости через правоохранительные органы также зашли в тупик. 16 марта 2026 года Подковыркин обратился в Следственный комитет с требованием расследовать его похищение, но 10 июня получил официальный ответ за подписью следователя Аксенова. В документе утверждается, что контракт был заключен абсолютно добровольно после прохождения всех комиссий, а «какого-либо давления со стороны должностных лиц пункта отбора на кандидата при проведении мероприятий отбора не допускается». Аналогичные отписки прислали военная прокуратура и аппарат уполномоченного по правам человека.

В рамках Петербургского международного юридического форума председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин выдвинул ряд резонансных инициатив, направленных на изменение школьной программы и ужесточение законодательства в отношении несовершеннолетних.

Как сообщают информационные агентства, глава ведомства предложил снизить возраст привлечения к уголовной ответственности до 12 лет, однако эта идея не встретила одобрения со стороны других властных структур. Необходимость подобных радикальных мер обусловлена резким ростом подростковой преступности, зафиксированным в последнее время.

Рост подростковой преступности и риски вербовки

Согласно статистическим данным СК РФ, в минушем году количество тяжких и особо тяжких преступлений, совершенных подростками, выросло на 21% и достигло почти 12,7 тысяч случаев. Особую тревогу вызывает сфера национальной безопасности: число уголовных дел с участием несовершеннолетних, совершивших преступления террористического характера, увеличилось втрое. Руководитель ведомства подчеркнул, что украинские спецслужбы активизировали вербовку российских детей через мессенджеры, социальные сети и онлайн-игры, используя в качестве мишени подростков, желающих заработать «легкие деньги».

Экспертное сообщество подтверждает смещение векторов угроз в виртуальное пространство и указывает на следующие ключевые факторы риска и методы противодействия:

• Перенос активности в игровую среду: руководитель отряда «ПоискКрым» Иван Зуянов предупредил, что мошенники уходят из традиционных социальных сетей, мониторящихся спецслужбами, в онлайн-игры. Из-за этого возникают риски того, что там же подростки могут быть завербованы для совершения диверсий и содействия терактам.
• Необходимость превентивных мер: специалист по работе с молодежью Центра мониторинга сети Интернет АНО «Дом молодежи» Мурат Сейтхалилов высказал мнение, что «профилактика безнадзорности среди детей и подростков может уменьшить количество их вовлечений в преступные действия, к которым их через интернет склоняют пособники ВСУ».

Реформа школьного воспитания и уроки мужества

Вторым важным блоком предложений главы СК стали изменения в системе школьного образования, о чем также пишут ведущие деловые издания. Александр Бастрыкин выступил за замену существующих внеурочных занятий «Разговоры о важном» на встречи с участниками специальной военной операции. Рассказывая о практике ведомственных учебных заведений, он заявил: «Необходимо заменить «Разговоры о важном» уроками мужества и приглашать участников СВО, как мы это делаем в наших кадетских корпусах».

Помимо этого, председатель Следственного комитета высказался за назначение ветеранов боевых действий на должности заместителей директоров школ по воспитательной работе. Свою позицию чиновник аргументировал так: «Во-первых, это мужчины. Потому что, как правило, директора – это женщины. Во-вторых, это мужественные люди, которые проявили себя в сложных обстоятельствах». Примечательно, что, согласно майскому опросу ВЦИОМ, текущий формат «Разговоров о важном» пользуется поддержкой у большинства школьников:

• Положительно относятся — 56% подростков;
• Скорее положительно — 28%;
• Скорее отрицательно — 8%;
• Отрицательно — 4%.

Российские власти столкнулись с резким падением темпов набора контрактников для участия в боевых действиях, что вынуждает их искать альтернативные способы привлечения людей и открыто обсуждать сценарии очередной мобилизации.

Об этом подробно узнало интернет-издание «Вёрстка» в ходе совместного расследования с проектом «Важные истории». Согласно внутренней статистике, весной 2026 года поток новых рекрутов обвалился на треть по сравнению с аналогичным периодом прошлого года: в Москве в апреле на фронт отправили 1708 человек, а в мае — 1378. Кратковременный всплеск в начале года был продиктован исключительно ложными надеждами соискателей на скорые мирные переговоры и желанием «запрыгнуть в последний вагон», чтобы получить выплаты до заморозки конфликта. Падение темпов фиксируется по всей стране, включая Сибирь и Липецкую область, а независимый эксперт Янис Клюге отмечает снижение суточных показателей подписания контрактов на 20%. Собеседник издания в столичной мэрии лаконично описывает ситуацию: «Все стабильно хуёво у нас, людей идёт мало, мотивированных ещё меньше».

Острое падение качества пополнения и дефицит на передовой

Сокращение численности сопровождается критическим ухудшением качественного состава новобранцев, которых находящиеся на фронте военные называют физически неспособными воевать маргиналами, заключёнными и тяжелобольными людьми. Из-за жесткого отсева по медицинским и профессиональным критериям даже специализированные подразделения, такие как отряд БПЛА «Рубикон», укомплектованы лишь на треть от потенциального потока. Собеседники авторов расследования выделяют несколько ключевых факторов кризиса на линии боевого соприкосновения:

• Действующие части укомплектованы в лучшем случае на 30–40%, из-за чего командование расформировывает специализированные роты и гонит людей в пехоту после трёхдневного полигона.
• Половина выживших новичков незамедлительно совершает самовольное оставление части (СОЧ), а средняя продолжительность жизни необученного рекрута без связей не превышает месяца.
• На фронте наблюдается тотальный дефицит снарядов, беспилотников и людей, приводящий к стабилизации линии фронта и переходу к изнурительной позиционной войне.

Военнослужащий Антон с харьковского направления констатирует: «Мы бьемся за 300 квадратных метров где-то с января, все как всегда пинг-понг арты, очень много 300 и 200. Это как раз буферная зона, впереди Харьков. Мы эту территорию еле держим. Всего не хватает: людей, снарядов, птичек. Жрем корм для скота. Тяжело все». Другой боец заявляет о повсеместном сокрытии реальных потерь командованием, резюмируя: «Нас тупо утилизируют на этой странной военной операции». Аналитики ISW и DeepState подтверждают, что весной 2026 года территориальные приобретения РФ снизились до минимальных значений, спровоцировав волну письменных отказов от выполнения заданий среди штурмовиков.

Финансовые уловки, фиктивные вакансии и скрытая вербовка

Пытаясь выполнить жесткие KPI по набору, региональные администрации и силовые ведомства идут на экстраординарные шаги, увеличив среднемесячные расходы субъектов на реферальные выплаты рекрутерам более чем в два раза — до 802 млн рублей. Военный комиссар Тюменской области Сергей Чирков отчитался о двукратном росте обращений после поднятия выплат до 3 млн рублей, однако в большинстве регионов ресурсы исчерпаны, из-за чего агитационные бригады отправляют на гастроли в другие республики, например в Дагестан. Чтобы заманить граждан на фронт, вербовщики начали использовать скрытые схемы и манипуляции:

• Привлечение подозреваемых и задержанных силовиками в обмен на снятие обвинений и несоставление протоколов.
• Публикация на платформе «Авито» объявлений о поиске персонала в «безопасный тыл» в Беларуси или на производства боеприпасов в Китае с обещанием выплат до 10 млн рублей, где реальное распределение остаётся на усмотрение командиров.
• Маскировка контрактов с Минобороны под несуществующие вакансии «миротворцев» для охраны правопорядка в оккупированных регионах.

Связавшийся с вербовщиком журналист выяснил, что за обещаниями работы без участия в боях скрывается последующий перевод в штурмовые бригады, хотя сам наниматель Денис описывал должность миротворца иначе: «Это человек, который с миром пришел, помогать людям, не лезть туда на передок, заниматься разной работой, откопать, разгрузить, блиндаж выстроить, кладовщиком работать, что-то связанное с миром, не обязательно там убивать, окопы, автоматы».

Перспективы осенней мобилизации и ротации резерва

Исчерпание добровольного ресурса вынудило руководство страны вернуться к обсуждению радикальных мер по удержанию территорий. Восемь независимых источников в администрации президента, военкоматах и ФСБ подтвердили журналистам, что в коридорах власти прорабатываются дорожные карты по насыщению армии, включая объявление новой волны мобилизации в октябре 2026 года, сразу после завершения выборов. В качестве альтернативного, менее болезненного для экономики сценария рассматривается принудительная ротация и перевод в действующие части резервистов, занятых сейчас в тыловом обеспечении. Несмотря на опасения чиновников касательно роста протестных настроений, техническая подготовка полигонов к приёму десятков тысяч человек на ускоренное обучение уже запущена. Один из мобилизованных военнослужащих выразил общее настроение фразой: «Да у нас тут людей нет, дураки за деньги закончились. Так что либо мобилизация, либо договорняк с потерей „лица“, и невыполненные условия и цели СВО. Я думаю, выбор тут очевиден, да?»

Российский книжный рынок зафиксировал масштабное увеличение выпуска патриотической литературы, посвященной «специальной военной операции» в Украине, однако коммерческий успех этих изданий остается крайне ограниченным.

К таким выводам в своем детальном исследовании приходит независимое интернет-издание «Вёрстка». Аналитики изучили 259 тематических книг, опубликованных в период с 2022 по 2026 год, и констатировали явную диспропорцию между государственной поддержкой авторов и реальным рыночным спросом. Если в 2022 году было издано всего 4 подобные позиции, то пик пришелся на 2025 год (108 книг), а за неполный текущий год выпущено уже 59 наименований. Несмотря на активное продвижение, большинство Z-произведений выходят скромными «ассортиментными» тиражами, фактически выполняя роль идеологического госзаказа. Описывая эту тенденцию, Z-поэт Игорь Караулов процитировал Александра Проханова: «Мы находимся на удивительном этапе. Впереди нас ждут не розы. Нас ждут духовные снаряды, духовные атаки, духовные наступления».

Лидером по выпуску милитари-литературы стал крупнейший холдинг «АСТ» (минимум 69 книг), запустивший специализированные серии «Время Z» и «Русская реконкиста» через патриотический импринт «КПД». На официальном портале издательства прямо заявляется: «Специальная военная операция стала поворотным моментом в истории России. Никогда ещё наша страна не сталкивалась с таким количеством пропаганды, которая стремилась бы очернить подвиг героев. Чтобы узнать, что происходит на фронте на самом деле, необходимо обратиться к проверенным источникам». Самыми крупными тиражами вышли стихотворный сборник Сергея Лобанова «Голос фронта» (20 тысяч) и автобиографическая повесть бойца штурмовой роты Даниила Туленкова «У вас нет других нас. Шторм Z» (18 тысяч). Известный писатель Захар Прилепин выпустил публицистический сборник «Координата Z» тиражом 12 тысяч, что заметно уступает его же историческому роману «Тума» (50 тысяч). Роману Александра Проханова «Лемнер» (11 тысяч) и вовсе сопутствовал скандал: из-за карикатурного сходства одного из персонажей с президентом РФ его печатная версия временно изымалась из продажи.

Подавляющее большинство авторов — мужчины: непосредственные участники боевых действий, добровольцы, мобилизованные, военкоры и даже священнослужители. Признание в профессиональном сообществе получают единицы, например, доброволец Дмитрий Филиппов с книгой «Собиратели тишины» и Кирилл Минин на премии «Лицей». Бывший редактор «Эксмо—АСТ» Алексей делится внутренней кухней: «В самом холдинге к редакции КПД относится примерно так: не трожь, а то завоняет. Эту редакцию обходят по широкой дуге». Эксперты отмечают, что рынок держится не на массовом интересе, а на лояльном и узком ядре аудитории, условно именуемой в индустрии «опрятными скуфами». Литературный критик Галина Юзефович объясняет застой сегмента психологическими факторами: «Сейчас в книгах ощущается очень большая усталость от актуальности, злободневности, исповедальности. Есть запрос на эскапизм, сюжетность и некоторую старомодность. Ни одному из этих критериев зет-литература не соответствует». По её словам, для бизнеса эти книги удобны как оберег: «Издателям она интересна именно в этом качестве — раскручивается автоматически за счет бренда „СВО“ на определенную аудиторию, особо ничего делать не нужно. Продается не огонь, но стабильно».

Поскольку коммерческий спрос на Z-литературу, по признанию инсайдеров, уступает «дарк-фэнтезийной порнухе» и славянскому фэнтези, государство компенсирует убытки за счет бюджетных учреждений. Книги массово закупаются для вузов (например, РАНХиГС), региональных и школьных библиотек, где с ними проводятся обязательные просветительские мероприятия. Финальным этапом институционализации Z-литературы стало решение Минпросвещения. В июне 2026 года глава министерства Сергей Кравцов сообщил, что ведомство официально включило произведения о «героях СВО» в списки обязательного летнего чтения для школьников.