военные

В России обостряется проблема призыва на срочную службу граждан, чьи близкие родственники уже погибли в зоне боевых действий.

Как выяснило издание «Вёрстка», несмотря на законодательные нормы об освобождении от армии братьев и сыновей погибших военнослужащих, военкоматы массово отказывают им в реализации этого права. Добиться справедливости удается преимущественно через суд, при этом ключевым фактором становится статус погибшего: закон защищает лишь семьи призывников и мобилизованных, но не тех, кто заключил контракт с Министерством обороны.

Бюрократические барьеры и судебная практика

Изначально федеральное законодательство освобождало от призыва только родственников тех, кто погиб на срочной службе или военных сборах. Однако в 2024 году житель Кировской области Иван Смольников создал прецедент, доказав в кассационном суде, что призыв по мобилизации также носит недобровольный, обязательный характер. Правозащитники отмечают, что военные комиссариаты на местах продолжают игнорировать этот факт. Ключевые препятствия, с которыми сталкиваются призывники:

• Отказы под предлогом того, что служба по призыву и мобилизация — это разные юридические термины.
• Аннулирование права на отсрочку, если мобилизованный (даже под давлением) перешел в статус контрактника или добровольца.
• Невозможность получить освобождение от службы, если родственник юридически числится пропавшим без вести, а не погибшим.
• Процессуальные ошибки при подаче заявлений (например, иск направлен не в тот военкомат).

Трагедии семей и равнодушие системы

Столкновение с бюрократической машиной вынуждает семьи тратить месяцы на судебные тяжбы. Призывник Артём из Владивостока, потерявший отца, столкнулся с полным непониманием в военкомате, где ему заявили: «Если бы закон так просто работал, кто бы защищал нашу страну?». Суд встал на сторону молодого человека. Гораздо сложнее ситуация у тех, чьи дети ушли на фронт, подписав контракт. Алия из Волгоградской области потеряла старшего сына-контрактника и теперь с ужасом ждет призыва среднего. «Я хоть детей вырастила, государству не должна была. <…> В итоге мы кому-то что-то должны. Вот за это обидно, понимаете?», — сокрушается женщина. По ее словам, погибший сын приходил к ней во сне со словами: «Я умерший, вот [в земле] лежу».

Перевод в тыл для действующих военных

Для тех, кто уже находится на военной службе и теряет родственника, демобилизация законом не предусмотрена. Правозащитники отмечают, что уволиться по этому основанию не удавалось никому. Однако существует неопубликованное указание Минобороны РФ от 5 июля 2022 года, позволяющее перевести военнослужащего с линии боевого соприкосновения в тыл. Показательна история Ольги Дзюбенко, потерявшей двоих сыновей. Благодаря широкой огласке ей удалось добиться перевода третьего сына-военнослужащего в безопасную часть. Женщина тогда обращалась к властям со слезами: «Никакие деньги мне не нужны, сыновей на них не купишь. Лишь бы только Диму не забирали».

В приграничных регионах России женщины все чаще сталкиваются с насилием со стороны военнослужащих, следует из расследования The Insider. В этих районах с начала войны постоянно размещены военные подразделения. Местные жительницы говорят о страхе, уязвимости и отсутствии защиты.

По словам собеседниц издания, агрессия исходит как от ранее судимых военных, так и от контрактников. Многие чувствуют себя безнаказанными. Женщины отмечают, что опасность ощущается даже в повседневных ситуациях — во дворах, поездах, подъездах.

Общее ощущение — невозможность рассчитывать на помощь. Люди боятся конфликтов. Многие предпочитают молчать и не обращаться в полицию. Это формирует атмосферу постоянного напряжения.

Нападение во дворе Шебекино

Утром 28 октября 2025 года жительница Шебекино Светлана вышла выгулять собак. Во дворе она увидела мужчину на велосипеде в военной форме. За спиной у него висел автомат.

Когда Светлана подошла к подъезду, военный приблизился, снял автомат и приставил его к груди. Он угрожал застрелить ее. Затем схватил за ворот, натянул капюшон и потащил в темноту.

Светлана пыталась сопротивляться. Она нащупала спусковой крючок и нажала на него. Она надеялась, что выстрел привлечет людей. Никто не вышел. Военный бил ее, душил и угрожал ножом.

«Он душил меня профессионально: так, чтобы не убить сразу», — вспоминает Светлана. По ее словам, нападавший действовал хладнокровно. Он пытался лишить ее способности сопротивляться.

Женщину спас сосед, который вышел во двор с фонарем. Военный отпустил Светлану и убежал. Позже выяснилось, что нападавшим был Алексей Кострикин, ранее судимый за кражу и разбой. В тот же день он убил мужчину и изнасиловал его жену в соседнем селе.

Светлану вызывали на опознание. Она сразу узнала голос нападавшего. После нападения у нее начались панические атаки. Врачи диагностировали нервный срыв. Она проходит лечение и боится возвращаться домой в темноте.

Рост сексуальных преступлений

Отдельной статистики по преступлениям военнослужащих не существует. Масштаб проблемы можно оценить лишь по судебным данным. В 2022–2024 годах ежегодно рассматривалось до 2,2 тысячи дел об изнасилованиях.

До войны показатели были ниже. В 2019–2021 годах фиксировали в среднем до 2 тысяч таких дел. Пик пришелся на 2023 год. В 2024 году цифры немного снизились, но остались выше довоенных.

Доля обвинительных приговоров стабильно высокая — около 85–90%. Чаще всего о преступлениях военных становится известно из публикаций СМИ и судебных решений.

В приграничных регионах зафиксированы случаи насилия в отношении женщин и детей. Среди подозреваемых — действующие военнослужащие, ранее судимые за тяжкие преступления. Некоторые из них уже совершали аналогичные преступления в прошлом.

Страх, поезда и безнаказанность

Домогательства со стороны военных стали настолько частыми, что жительницы Белгородской области боятся ездить в поездах. По их словам, вагоны нередко заполнены военными. Они проводят время в вагонах-ресторанах, напиваются и ведут себя агрессивно.

Другие пассажиры предпочитают не вмешиваться. Женщины говорят, что боятся «связываться с героями». Существует ощущение, что в конфликте государство встанет на сторону военных.

Одна из таких историй произошла летом в поезде из Белгорода в Санкт-Петербург. Пьяный военный начал приставать к пассажирке. Когда она отказалась общаться, он заявил: «Я был на фронте, ты должна со мной разговаривать».

Мужчины в вагоне не вмешались. Помочь попытались пожилые женщины. Позже подошла проводница, которая с трудом успокоила военнослужащего.

Эксперты связывают происходящее с практикой вербовки заключенных и приостановкой уголовных дел. В 2024 году число замороженных процессов резко выросло. Более 17 тысяч дел были приостановлены, в том числе из-за ухода обвиняемых на военную службу. Это формирует устойчивое ощущение безнаказанности.

Из-за конфликта пришлось задержать рейс.

В московском аэропорту Шереметьево двое военнослужащих подрались во время посадки на рейс. Об этом сообщает Baza. По данным издания, драка случилась во время посадки пассажиров на самолет авиакомпании «Аэрофлот», следующий из Москвы в Хабаровск. Из-за этого вылет задержался почти на час.

По предварительным данным, оба участника драки приехали в отпуск с зоны СВО, а разнимать их пришлось сотрудникам полиции. У одного из военнослужащих врачи позднее диагностировали перелом носа, его госпитализировали в тяжелом состоянии.

Ранее msk1.ru рассказывал, что в Шереметьево пассажир опоздал на рейс и разбил окно стойки «Победы». Один из сотрудников аэропорту снял видео дебоша.

Кроме того, недавно msk1.ru собирал мнения читателей, чтобы выяснить, в каком из московских аэропортов комфортнее находиться и, в худшем случае, ждать по несколько часов, если самолет задерживается.

Читать в источнике