Путин уже несколько раз применял химическое оружие против своих врагов и не испытает угрызений совести, отравив мирных жителей Украины.
Вторжение в Украину пошло не по планам Кремля — войска РФ увязли у ключевых городах, а украинская армия оказывает жесткое сопротивление, пишет Foreign Affairs. По мере того как войска становятся деморализованы, а запасы истощаются, Россия может прибегнуть к более решительным мерам для победы. В Вашингтоне представители национальной безопасности США уже встречаются и готовятся к возрастающей вероятности того, что когда-то было немыслимым: «Россия может применить биологическое и химическое оружие в Украине».
После того, как немецкий газообразный хлор удушил тысячи британских и канадских войск в 1915 году во время Первой мировой войны, такая «научная война» привела в ужас международное сообщество и привела десять лет спустя к Женевскому протоколу Лиги Наций, запрещающему использование химических и биологических средств поражения в войне. Конвенция в значительной степени сохранялась все последующие войны, хотя некоторые страны, включая США и СССР, продолжали разрабатывать наступательное био- и химоружие. В 1969 году Никсон прекратил эти программы и с тех пор этот запрет действует. У других было меньше угрызений совести: президент Ирака Саддам Хусейн применил зарин и иприт против курдского города Халабджа в 1988 году, в результате чего погибли тысячи людей. Президент Сирии Башар Асад совершил более 300 химических атак во время гражданской войны в Сирии, в результате чего погибли тысячи (а, возможно, и сотни тысяч) человек.
Теперь, когда президент РФ Владимир Путин удваивает ставки в застопорившейся военной авантюре в Украине, угроза превращается в острую. Каким бы невероятным это не казалось , США и союзникам по НАТО необходимо продумать наихудшие сценарии для борьбы с биологическими и химическими атаками, посчитать ресурсы и быстро их увеличить. Нельзя терять времени.
Путин не испытает угрызений совести
Всего несколько недель назад мысль о том, что Россия может использовать такое оружие в Украине, показалась бы излишне паникерской. Теперь это не так. Путин уже привел свои ядерные силы в состояние боеготовности. Это балансирование на грани делает использование химических и биологических агентов более правдоподобным. А заявление Путина о том, что Украина сама намерена применить это оружие массового уничтожения, выглядит классической путинской проекцией, предполагающей, что в случае затягивания войны Россия может провести операции под украинским флагом именно для этого.
Россия имела и, скорее всего, продолжает иметь возможность производить большие запасы наступательного химического и биологического оружия, в то время как Украина не имеет ни возможностей, ни желания делать это. Кремль унаследовал от советских времен ноу-хау по использованию в качестве оружия сибирской язвы, бруцеллеза, сапа, марбургского вируса, чумы, ку-лихорадки, туляремии, оспы и других токсичных микробов. Советские ученые даже пытались внедрить переносимый комарами поражающий мозг венесуэльский конский энцефалит в вакцины против оспы.
Как минимум три лаборатории биологического оружия советской эпохи остаются недоступными для международных инспекторов, поэтому экстремальные эксперименты такого рода могут продолжаться в той или иной форме.
Путин не испытывает угрызений совести, используя это оружие против своих политических врагов: он приказал убить Александра Литвиненко, перебежчика и критика Путина, радиоактивным полонием в 2006 году; отравил другого перебежчика, Сергея Скрипаля, в 2018 году; и нацелился на лидера оппозиции Алексея Навального с помощью нервно-паралитического вещества «Новичок» в 2020 году.
Нападение на гражданское население с использованием био-оружия будет представлять собой тактическое изменение в масштабе, но не в характере действий: в конце концов, Россия молчаливо поддержала химические атаки Асада против его собственного народа.
Асад неоднократно применял газ зарин в 2013 году, и Москва не могла не заметить, что мир мало что сделал для того, чтобы это остановить.
Как и в Украине международный гнев и санкции мало что сделали для обуздания путинской жестокости и бомбежек школ и больниц. Но для борьбы с вполне реальной угрозой биологической и химической войны потребуется гораздо больше, чем возмущение и экономические санкции.
Биологическое и химическое оружие делает то, чего не могут пули и даже бомбы — мирным жителям легче укрыться от обстрелов и бомбежек, чем от невидимых газов или микробов.
Путин мог бы прибегнуть к этому ужасному оружию в попытке сломить дух украинцев, дающих отпор вторжению. Россия может контролировать некоторые опасности для себя, снабдив своих солдат защитным снаряжением, вакцинированием специальными антибиотиками.
Выброс химических веществ, таких как зарин, хлор, фосген и иприт, а также биологических агентов, вызывающих сибирскую язву, оспу, чуму или новый искусственно созданный вирус, приведет к гибели большого числа гражданских лиц и станет террором международного масштаба.
Как будут отвечать союзники?
Соединенные Штаты и союзники по НАТО должны четко дать понять, что такие действия недопустимы, угрожая последствиями гораздо более серьезными, чем уже введенные санкции, и расценивая любые химические или биологические агенты, которые случайно попадают на территорию НАТО, как провокацию войны.
Один выброс сибирской язвы с самолета или беспилотника может убить многие тысячи человек, прежде чем необходимые антибиотики доберутся до пострадавшего населения. И может быть очень трудно найти страну, готовую поделиться антибиотиками, ведь это сделает ее саму беззащитной. Участок заражения сибирской язвой размером с украинский город, скорее всего, просто станет заброшенной территорией сродни Чернобылю.
Развертывание био-вируса, передающегося от человека к человеку, представляет собой еще более катастрофический сценарий. Кажется маловероятным, что русские будут настолько преступно безрассудны, чтобы рискнуть использовать подобное оружие, ведь вирус может выйти из-под контроля и попасть в РФ. Но если разведка обнаружит попытки России вакцинировать войска и гражданских от оспы или других биологических агентов, это мгновенно изменит уравнение и может ввергнуть США и их союзников в экзистенциальную конфронтацию с Россией.
Тогда они должны быть готовы действовать: найти способы немедленно оказать помощь украинцам; рассмотреть вопрос, станет ли это «красной чертой» и каким будет ответ; станет ли такое преступление против человечности основанием для войны против России. Спустить ей это с рук стало бы умиротворением — тактикой, обычно приводящей к дальнейшим катастрофам.
Перефразируя бывшего министра обороны США Дональда Рамсфелда, вы вступаете в войну с тем, что есть, а не с тем, что вы можете захотеть получить в ходе войны. Но того, чем располагает международное сообщество в настоящее время, как в плане ресурсов, так и в плане подготовки, совершенно недостаточно для устранения потенциальной угрозы. Чиновники должны думать о немыслимом сейчас. В противном случае цена станет намного выше.
